Добравшись до своих покоев, принцесса обнаружила готовую лохань с водой и обеспокоенную Стефу. Как всегда кудахчущую, как курица над яйцом. Но Лиссу Стефа никогда не раздражала. Забота этой женщины была приятна. Поэтому девушка без споров разделась и залезла в лохань с тёплой водой. Рыжие волосы были откинуты за бортик, и служанка принялась их ещё раз расчесывать, до того момента, пока волосы не начали искриться под зубьями щётки.

Выбравшись из остывшей воды, принцесса завернулась в мягкую ткань, но прежде тщательно размазала на ушибленных местах обезболивающую и заживляющую мазь. Синяки хоть и выглядели устрашающе, но уже не дёргали болью при малейшем повороте. Боль постепенно утихала. Было бы у девушки время, то она сделала бы примочки с багульником.

— Миледи, какой наряд готовить? — Стефа нерешительно замерла перед шкафом. — Ох, нет тут леди Веданы. Ужо она позаботилась бы о свадебном наряде для Вас! Видано ли дело, идти по красной дорожке к супружнику в надёванном!

Чем дольше женщина говорила, тем более запальчиво звучала речь.

— Уймись, — коротко попросила Лисса и потянулась к дорожной поклаже, с которой она возвращалась из Ордена. — Будет и у меня новое платье.

Лисса достала наряд и разложила его на кровати, рассматривая и решая, можно ли в нём пойти или это будет очередным вызовом. В итоге, сама себе справедливо напомнила, что не она виновата, что осталась без свадебного наряда на собственной свадьбе. Времени почти не осталось.

— Почисти его, — решилась она и стала надевать тончайшую нательную рубашку на узких бретельках, плотно облегающую верх тела до талии. Нижнего белья на ней не было. Этот элемент одежды пока не прижился. Но Лисса оценила его по достоинству, когда увидела опытные образцы одной из послушниц. Будет время — себе она закажет.

Стефа узловатыми пальцами помогла надеть белоснежное простое платье, на котором из всех украшений был только узкий зелёный поясок. Ни золотого шитья, ни драгоценных камней, которыми украшали свои наряды придворные дамы. Но зато платье Лиссандры было особенным само по себе. Ткань, шелковистая на ощупь, струилась по тонкой фигуре, водопадом спадая к ногам и светясь перламутровым блеском нежного жемчуга, который так настырно чья-то рука хочет отковырять из ракушки.

В дверь коротко постучали, и служанка шмыгнула проверить, кто пришёл. И тут же посторонилась, низко кланяясь принцессе Альгии.

Средняя принцесса была юна и свежа, как дивный бутон белой лилии. Только от запаха лилий у Лиссандры ломило в висках. Но их можно было выбросить, чтобы прекратить воздействие, в отличие от сестрицы. А мигрень та вызывала не меньшую.

— Здравствуйте, дорогая сестрица, — поигрывая пояском, обхватившим тонкий стан, невысокая блондинка с яркими синими глазами с внешностью невинной овечки недовольно морщила носик, рассматривая традиционный наряд «невесты» Единого. Слишком простым он казался Альгии. Но по мнению младшей принцессы старшая сестра всегда была странной.

— Здравствуйте. Единый Вам в помощь, — поздоровалась Лисса, продолжая собираться. Белые туфельки завязывались на тонкой щиколотке узким ремешком. И Лисса наклонилась, чтобы это сделать.

— Стефа, что стоишь?! — резко и грубовато бросила Альгия. И старшая служанка поспешно бросилась помогать хозяйке. Лисса мягко её придержала за плечи и попросила налить чистой воды.

— Я пришла поздравить Вас со свадьбой, — начала девушка, но Лисса перебила.

— Не ко времени. Рано поздравлять.

— И то верно, — покладисто кивнула сестра и с милым выражением лица произнесла: — Ещё неизвестно, как любимая герцога — Кло, примет тебя в замке.

— Кто? Кло? — Лиссандра рассмеялась, вспоминая зверька мэтра Боне.

— Баронесса Клотильда три года жила с герцогом Гренстоном, как хозяйка, почти жена, — не нужно было смотреть на сестру, чтобы знать, как та довольна, когда говорит гадости.

— Мне её искренне жаль, — вполне серьёзно заключила Лиссандра. — Быть почти женой без права стать на красную дорожку в Храме Единого, — это не та судьба, к которой нужно стремиться.

Альгия поджала губы, признавая правоту слов старшей сестры, но зацепить Лиссу всё ещё хотелось, хотя младшая принцесса пребывала в хорошем настроении. Её-то в браке с королём Вульфриком всё устраивало. И трон Альгия получит, и корону.

— Мне и тебя жаль. Ты никогда не узнаешь, что такое быть любимой мужем.

Слова сестры стегнули кнутом. Все мысли и страхи, тщательно задвигаемые Лиссандрой как можно дальше, всплыли и обнажились. Впервые сложно было парировать едкую колкость.

— Никто до конца не знает свою судьбу. Бывает, что горячо любимые жены приедаются, и супруг, не скрываясь, начинает уделять внимание другой. По мне, так это ещё хуже. Ведь у забытой супруги есть чувства. Лучше уж как у меня. Нет чувств — не будет разочарований. И в конце концов, для крепкого брака важно и уважение, и доверие. А их нужно заслужить. И что свяжет супругов крепче — любовь или уважение — неизвестно.