Лиссандра крепко перехватила повод, чувствуя, как мелко подрагивают пальцы. Прощаться с Эриком вот так, с глазу на глаз, оказалось сложно. Она даже и не предполагала, что настолько привыкла к своему супругу. Герцог и притягивал к себе, заставляя открываться и испытывать разнообразные чувства, и отталкивал, когда в присутствии супруги говорил о свой любовнице, уделял той внимание. И чего сейчас было больше, Лиссандра не могла понять. Единственное, что знала — так это то, что хочет, чтобы Эрик никуда не уезжал, или же вернулся как можно скорее.

С этими мыслями Лисса неотрывно смотрела на удаляющуюся мощную фигуру в лёгких кожаных доспехах. Сзади, справа у седла была приторочена седельная сумка. И всё бы ничего, только из-под её клапана вдруг вывалился белоснежный хвост.

— Снежка! — захихикала Лиссандра, довольно жмурясь. — А знает ли герцог, что везёт с собой вертуна? Вот теперь я точно могу быть спокойна.

Посмеиваясь, герцогиня перевела Карамельку с шага на рысь и помчалась догонять Колина. Рядом с ней из кустов выскочил волк. Всё это время он прятался за деревьями, а сейчас пристроился рядом, уверенно молотя лапами по каменистой дороге. Хитрец не показывался на глаза, пока супруги прощались.

Дорогой домой Лиссандра успокоилась и в крепостные ворота въехала уже с серьёзным выражением лица.

Её узнали сразу. Пропустили быстро. На волка только косились.

— Этот волк — мой питомец, — единственное, что пояснила герцогиня, въезжая внутрь.

Лиссандра отпустила Колина, но прежде пригласила к себе на службу. К сожалению, мастер Вигор теперь не мог выполнять функции секретаря, и это значительно усложняло жизнь герцогини. Другой подходящей кандидатуры на роль и охранника, и секретаря у неё не было. Лиссе нужен был сопровождающий. Парень же, хоть и был ещё мал, но подходил для роли порученца. Ну, а охраной пусть занимается волк!

Прежде, чем вернуться в замок, Лиссандра заехала в свою травницкую.

В домике было чисто. Внутри ещё ничем не пахло. Травы, принесенные из лесу, сразу же приятно наполнили пространство своими ароматами. Лиссандра оставила корзину на столе и вышла.

Новое место требовало защиты.

Целительница сняла с пояса мешочек, тот самый, в котором были перетёртые цветы азалии. И обошла домик вокруг, рисуя порошком защитные символы под окнами и над дверью травницкой. Нехитрый ритуал позволял отпугнуть злых духов. От недобрых людей было иное заклинание. Но для него нужен был мак. Лиссандра мысленно проговорила слова заговора: «Зёрнышки заговорю, защищать меня велю. Серый мак врагам под ноги, им закроет все дороги. Кто со злом в мой дом придёт, зёрнышки не перейдёт. Никому их не собрать, заговор мой никому не снять. Да будет...»

— Миледи Гренстон! — со стороны мостика послышался зов. Лиссандра оглянулась, рассматривая незнакомого воина. Видимо, он был из местного отряда. Те, с которыми она ехала в дороге, визуально все были знакомы. — Там у крепостных ворот вас мужик требует!

Парень выдохнул и поправил меч на поясе.

— Он что-то объяснил? Или просто требует? — Лиссе не хотелось скакать обратно. Рассматривая воина, она размышляла над тем, стоит ли просто дать распоряжение пропустить просителя или всё же поступить иначе. Кто может искать с ней встречи? Может, кто-то из временного лагеря прибыл? Но из лагеря прислали бы того, кого знают в гарнизоне.

— Сказал, что он ваш человек. Мастер Смолл.

Лиссандра возликовала! Такая хорошая весть и в такой значимый для неё день!

— Конечно, пропустить! Я давно жду этого человека!

— Так он это… не сам там.

— Не сам? А с кем? — удивилась Лиссандра и сделала несколько шагов навстречу воину, туда, где к поручню мостика была привязана Карамелька. Потом вспомнила об оборотне и оглянулась. Бедный Вигор скрылся в ближайших кустах. Волк лежал на земле и прикрывал морду лапой. Не иначе, как от стыда. Разрываясь между необходимостью успокоить волка и встретить мастера Смолла, герцогиня стремительно приблизилась к оборотню и восстановив с ним физический контакт — погладив его между ушей — пояснила, что от него требуется.

— «Мастер Вигор, вы должны остаться здесь, пока я вернусь. Не думаю, что хорошим решением будет встреча с супругой один на один. Я её сначала подготовлю…»

Жалкий скулёж волка, который был слышен даже посланному за герцогиней воину, на самом деле означал следующее:

— «Моя лапочка меня примет любым! После того, как убьёт! А вот Смолл… Боюсь, что он мне хвост натянет на уши. Или шкурку вывернет наизнанку. Я обещал ему проследить за вами за двоих в его отсутствие. А сам вот опростоволосился! Лишил вас защиты в логове тварей!»