Стоило мне понять, что я держусь на одной силе воли и руки-ноги уже дрожат, а его взгляд ни в какую не задерживается на моих мягких и жаждущих его внимания аргументах, как я сама отскочила назад и показательно рухнула на колени, отбрасывая меч.

– Всё. Я всё…

После чего задрала голову, глубоко дыша всей грудью, которую облепила насквозь пропотевшая белая блуза, и посмотрела на замершего в полутора метрах от меня Лэнда с нескрываемым уважением.

Немного утрированным, конечно, но ему это знать не обязательно.

– Всё, ты победил…

Воздух из моих легких вырывался с отчетливыми хрипами, по лбу стекал пот, на плече алела длинная кровавая царапина, но глубоко в душе я была довольна происходящим.

Особенно тем, как сосредоточенность и даже некоторая жестокость на его лице медленно сменялись растерянностью, а в глазах мелькала досада.

Что такое, Мурзик? Я снова играю не по твоим правилам? Ха!

А что поделать? Там, где мужики прут напролом, уповая на грубую физическую силу, женщина предпочитает использовать коварство.

Ну и аргументы.

Не прекращая тяжело дышать и потихоньку беря под контроль свой зашкаливающий пульс, я не могла не отмечать, каким задумчивым и снова по-мужски оценивающим стал его взгляд, пройдясь по моему вспотевшему телу и задержавшись именно там, где блуза прилипла к коже особенно плотно. Стоит отдать ему должное, он почти сразу отвел взгляд в сторону, отчетливо сглотнув, после чего глухо бросил:

– Неплохо. Ты действительно можешь за себя постоять, Ашурия. И всё же… - Он подошел ближе и протянул мне руку, призывая опереться и встать, чем я спокойно воспользовалась, не спеша отстраняться и с интересом глядя мужчине в лицо. - Давай без самодеятельности? Я беспокоюсь. Хочешь качественно подраться и спустить пар - говори мне, полетим вместе и надерем задницы всем выродкам, кто подвернется под руку.

А вот это было… неожиданно.

Я продолжала смотреть ему в лицо, пытаясь понять, что именно лежит в контексте его слов. Желание контролировать?

Или что-то другое?

В итоге предпочла коротко кивнуть, отпустить его руку, забрать меч и уйти.

Кажется, мне есть, о чем подумать…

Ашурия ушла, а он еще какое-то время смотрел ей вслед. На то, как плавно покачиваются бедра. На то, как звонко цокают каблучки отнюдь не тренировочных сапог. На то, как липнет к потной спине полупрозрачная от влаги блуза…

Гулко сглотнув, заставил себя закрыть глаза и отрешиться от этого бесстыжего ведения.

И еще более бесстыжего поведения…

Коварство твоё не знает границ, милая леди.

Ну и как рядом с тобой вести себя прилично и… непредвзято?

Криво усмехнувшись, качнул головой.

Маленькая, расчетливая… дрянь.

Но его дрянь.

Только его!

Из-под ресниц сверкнули решительностью глаза далеко не самого порядочного демона.

Всякое в его жизни бывало…

Но вспоминать сейчас об этом не стоит.

А что стоит, так это с полным правом восхититься тем, какая женщина ему досталась! Пусть пока еще сама не желает этого признавать, но… для него всё очевидно.

Перед глазами снова пронесся тот миг, когда она рухнула перед ним на колени и признала своё поражение. Внезапно. Резко. И так сладко… Но в глазах всё равно вызов, а на губах улыбка. Едва заметные, практически призрачные, но они были. И именно они сказали о том, что проигравшей она себя не считает.

Что ж, он не против это признать. Она достойная дочь своего отца.

И более чем достойная соправительница.

Но теперь он будет присматривать за ней в три раза пристальнее!

Коротко усмехнувшись своим мыслям, которые, стоит признать, выполнить будет не так уж и просто, учитывая наличие шила в кое-чьей очаровательной попке, Кэтхлэнд направился в свои покои, чтобы смыть пот непростого дня и сосредоточился на текущих делах. Что там было в списке задач? Ах, да… Понять, каким составом отправляться в столицу империи эльфов и когда именно. Пожалуй, стоит сначала дождаться Марту, они уже отписались, что будут завтра ближе к вечеру, да принять делегацию из Зайденбурга, которая будет край послезавтра, а там можно и в путь.

Ну а пока…