– Всё великолепно, госпожа Ашурия. Бесы отливают новые монеты из старых запасов золота. Удалось заинтересовать гостей из Зайденбурга лишними самоцветами и заключить ряд взаимовыгодных договоров. Динк и его парни уже отремонтировали постоялый двор и принимают первых посетителей, ремонт центральной улицы и примыкающих к ней домов в завершающей стадии, идет обсуждение о том, какие улицы ремонтировать следующими. Ваши бесы отменно делают черепицу, благодаря этому удалось сэкономить много времени и средств. По финансам мы в безоговорочном плюсе, запасы достойны.

– Рада слышать, - улыбнулась. - Значит, выделишь мне тысяч сто с собой? Золотом, конечно.

– М-м… Сто? Тысяч? - Мунау нехорошо замялся. - А зачем?

Я выразительно выгнула бровь.

– Нет-нет, моя госпожа, я не намерен вам отказать! - торопливо заверил меня асур, даже слегка спав с лица. - Но сами понимаете, мне надо будет оптимизировать другие расходы, чтобы не просел общий бюджет. Позвольте узнать, на какую статью расходов вы желаете взять эти деньги? Мне… кхм, для отчетности.

– Ну, раз для отчетности, тогда ладно, - усмехнулась. И не стала скрывать: - Если получится, планирую выкупить на столичном рабском рынке ещё кого-нибудь полезного. Как вас в прошлый раз. Что скажешь?

– Невероятно мудрое решение, моя госпожа! - с жаром заверил меня Терех. - Сейчас же велю бесам подготовить удобные мешочки для транспортировки. Ещё не знаете, сколько точно гаргулов летит с вами? Золото тяжелое, нужно понять, сколько они смогут взять каждый.

– О, это к Виззарду, - покачала головой. - Мы с ним сегодня ещё не виделись. Планировала обсудить последние приготовления за ужином.

– Если позволите, я сейчас же этим займусь.

– Да, конечно. Иди.

Откланявшись, асур удалился, ну а я, прибрав на столе всё лишнее, для верности не просто зачаровала полки от стороннего интереса, но и велела двум бесам в моё отсутствие быть тут неотлучно.

И отваживать всех, кто будет так глуп сюда заглянуть!

Потихоньку время близилось к ужину и я, окинув магическим взором замок, прикинула, как поступить лучше. По идее в приличных аристократических семьях ужинать полагалось всем большим семейством, то есть опять впятером: в компании всех родных и не очень родственниц Виззарда, но…

Стоит ли? Вообще-то я хотела обсудить с Лэндом ряд нюансов перед путешествием. Позже уже времени особо не будет. Или потроллить под конец Элоизу? А Виззарда пригласить к себе после ужина? М-м, каков соблазн!

Ухмыльнувшись, решила, что игра на чужих нервах - это особый сорт удовольствия, и для начала зашла в рабочий кабинет к Марте.

Тётушка работала, причем по ней было видно, что она действительно во всём этом разбирается, уже обложившись амбарными книгами и нацепив на нос узкие очки для чтения. Увидев меня, женщина торопливо поднялась и почтительно улыбнулась.

– Ваша светлость… Добрый вечер.

– Добрый вечер, Марта, - улыбнулась ей. - Как дела? Как в целом? Всё ли понятно? Есть ли личные пожелания?

– О, пока вникаю, ваша светлость, - отозвалась демоница, взмахнув рукой на книги. - Работа мне знакома, но в настолько большом замке трудиться предстоит впервые, да вы и сами знаете. Осваиваюсь потихоньку. Очень хорошо помогает господин Мунау…

Марта подозрительно прикрыла глаза ресницами и на щеках появился легкий румянец.

– И девочки ваши очень сообразительные, одно удовольствие с ними работать. С Мыхтой мы тоже общий язык уже нашли. К бесам только никак привыкнуть не могу. Кстати, не знаете, что с ними? То и дело замечаю, что некоторые из них ходят за Элоизой…

– Не знаю, - пожала плечами, улыбаясь максимально невинно. - Может, просто по своим делам бегают? Я разберусь, не волнуйтесь. Думаю, уже завтра ранним утром мы вылетим в столицу эльфийской империи, но всё же уточню этот момент сегодня у Лэнда. Распорядитесь накрыть ужин на всех в центральной столовой, хорошо?

– Конечно, ваша светлость.

Мы чинно кивнули друг другу и я отправилась к себе, чтобы сменить утреннее платье на вечернее, украсив шею и уши изысканными украшениями и не забыв про диадему, так что, когда вошла в столовую, где уже заканчивали накрывать на стол, была самой неотразимой.