— Единственное, чего мне хочется — избежать войны, — громко произнесла я, на секунду прислушавшись к эху, улетевшему в высоты потолка. — Хотела этого с самого начала, и теперь еще отчетливее понимаю, что отец совершает огромную ошибку. «Счастливый билет» Зендарии станет ее гибелью, я знаю, что и вы это знаете. Чем обернутся армии мертвых, которые пройдут по зендарийской земле? Мором и голодом — вот чем. И если вы хотите называть желание уберечь собственный народ от трагедии благородной чушью — пожалуйста, но позвольте мне помочь.

— Какая поразительная проницательность, — прищурился дияр Хорт и отправил пристальный взгляд Кассиану.

— Я ей ничего не говорил, — тут же пояснил тот. — Все ее выводы — исключительно следствие умения пользоваться головой по ее прямому назначению. Я не могу вас заставить, но настоятельно рекомендую выслушать ее предложение. Лорелин исключительно умна, весьма проницательна, как ты сам заметил, Хорт, а кроме того, обладает нестандартным мышлением и умением находить решения, учитывая множество различных факторов. В том числе это касается понимания людей и умения управлять их мнением.

Я изумленно уставилась на Кассиана, вернее, в его затылок, и мучительно пожалела, что сейчас не вижу его лица. Не думала, что он обо мне настолько хорошего мнения.

— В этом всем она тебя в постели убедила? — фыркнул дияр Крайт.

Кассиан пропустил и эту шпильку.

— В этом она меня убедила, наведя порядок в моей резиденции за неполный месяц, — он равнодушно пожал плечами. — За то же время она добилась доверия и даже некоторой любви со стороны моих подчиненных. Идиотов я не терплю и не держу, следовательно, заурядная личность на это не была бы способна.

Я почувствовала, как жар снова приливает к щекам, на этот раз не от злости, а от смущения. Честно говоря, сама я своей бурной деятельности в стенах резиденции такого большого значения не придавала.

Хорт медленно провел пальцами по подлокотнику кресла, будто взвешивая свою мысль.

— Допустим. Однако какими бы талантами принцесса ни обладала, как они помогут нам в сложившихся обстоятельствах?

Резко выпрямившись, я решила, что пора снова взять слово.

— Кроме талантов, у меня есть еще и знания, в том числе и об устройстве Цитадели, которая является частью дворца. Но вы так и не ответили на мой вопрос: почему вы сразу решили убить дияра Ноймарка?

Кассиан повернулся, чтобы посмотреть на меня, и пояснил:

— Просто поверь, что Ноя будет проще устранить, чем спасти. Под контролем зендарийских магосозидателей он один опаснее всей Цитадели вместе взятой. Идти придется одному из дияров, никто другой с ним не справится. В лучшем случае Ной своего спасителя убьет, под приказом он не будет обременен нежеланием навредить, в худшем — Зендария получит еще одного из нас в свое распоряжение. Даже один дияр в их руках — это огромная проблема, двое — пожалуй, катастрофа.

Я задумчиво прикусила губу. И вдруг меня озарило.

— А перехватить управление артефактом нельзя?

— Теоретически можно, — ответил Хортус раньше, чем успел Кассиан, который вдруг помрачнел. — Но для этого нам нужен магосозидатель, и весьма одаренный, способный работать с глубокими материями.

— И у вас такой есть, — с мрачным удовлетворением сообщила я.

— Ты на себя намекаешь? — саркастично поинтересовался рыжий дияр. — Что‑то я не слышал об исключительных способностях зендарийской наследницы.

— Вы правы. К сожалению, не могу назвать себя ничем иным, как заурядностью. Но вчера Кассиан… дияр Кассиан перезапустил мой исток, и какое‑то время… не могу описать словами. Думаю, я могла бы дать фору архисозидателю Цитадели. Не в мастерстве, разумеется, но, как понимаю, здесь и не о нем речь.

Дияры многозначительно переглянулись. По лицам этих странных людей судить очень сложно, но, кажется, мои слова изумили их.

— Как тебе удалось? — без тени насмешки поинтересовался дияр Альтериус.

— Немного мозгов и готовность принцессы к сотрудничеству, — мрачно ответил Кассиан. — Рад бы сказать, что нашел уникальный метод, но в большей степени это ее заслуга. Я лишь провел стандартные операции.

Взгляды, обратившиеся на меня, стали другими. Судя по всему, Кассиан не преуменьшал тогда, в самый первый день в экипаже, что моя просьба маловыполнима.

— Но мы не будем делать того, что предлагает Лорелин, — резко произнес он, вырвав меня из размышлений.

— Но почему?! — возмутилась я.

— Потому что это опасно, — Кассиан поморщился, всем своим видом показывая, что не хочет обсуждать это здесь. — Вчера твой исток едва поддерживал сам себя, сейчас он полностью стабилен. При перезапуске по артериям импульс ударит с такой силой, что с высокой долей вероятности ты этого не переживешь.

Вот оно что.

Сжав руки в кулаки, я почувствовала, как вспотели ладони.

Но я пришла сюда не за тем, чтобы остаться в стороне. Не чтобы, как и в прошлой жизни, предоставить решать проблемы другим, а затем послушно умереть, если кто‑то сочтет это необходимым.

— Вероятность — не гарантированный результат. Мы можем попробовать.

— Нет.

Льды глаз Кассиана потемнели, и по моей спине пробежал холодок. Но я собрала всю свою волю в кулак и настойчиво произнесла: