— Пойдем со мной.

Увидев, что лорда Аларика хотят перехватить, Хелена встала со стула и повисла на его руке.

— Мне необходимо выйти на свежий воздух, — произнесла она отработанным хрипловатым тоном женщины, уверенной в своей способности удовлетворить любого мужчину.

Но Норт покачал головой и тихо сказал:

— Прошу прощения, леди Биддл, но только что приехал наш младший брат Леонидас, и он хочет немедленно встретиться с Алариком.

Интимный шепот Норта, казалось, удовлетворил Хелену. Она посмотрела на Аларика, буквально пожирая его глазами, и сказала:

— С нетерпением жду завтрашнего дня. Я буду жить в замке больше месяца, вы ведь не сразу сбежите в дальние страны? Очень на это надеюсь.

Едва братья вышли из зала, Аларик спросил Норта:

— Где Леонидас?

— В бильярдной… Подозреваю, по этой причине его и отправили домой из Оксфорда снова. В прошлом году его выгоняли за то, что он выиграл у какого-то молодого дурака двадцать пять фунтов.

— В бильярдной? Мы же весь день играли в бильярд, неужели тебе еще не надоело?

— Бильярд мне никогда не надоедает, — заявил Норт. — К тому же, дурачок, я тебя спас, пока ты не сделал кое-чего, о чем бы потом пожалел.

— Я редко о чем-нибудь жалею, — сказал Аларик.

Норт засмеялся.

— Я сидел за длинным столом и наблюдал за тобой. Думаю, о свидании с Хеленой Биддл ты бы жалел всю оставшуюся жизнь.

Следующим вечером

— Черт побери! Я прошу прощения! — Аларик поставил стакан с бренди и пошел к двери вслед за братом. — Норт, не валяй дурака!

— Это у нас семейное, — парировал Норт. Но все-таки остановился на пороге бильярдной, не выходя в коридор. Его напряженная спина была прямой, как доска.

— Да, я повел себя как дурак. Уверен, мисс Белгрэйв в тебя безумно влюблена и прямо сейчас шепотом рассказывает своим подругам, какие у тебя брови. Вероятно, она просто неуютно себя чувствовала в моем присутствии.

— Почему ты так решил? — сухо поинтересовался Норт, поворачиваясь к брату. — Потому что знаменитый лорд Уайльд наводит на дам страх? Разве она выглядела испуганной за ланчем?

Нет, не выглядела. Более того, ему показалось, что он не произвел никакого впечатления на Диану Белгрэйв, она выглядела так же, как Уилла Ффинч, говорившая подругам, что он ее не интересует.

— Я счастлив сказать, что твоя невеста, кажется, не является моей поклонницей. — Аларик поморщился. — А то было бы очень неловко.

Его брат фыркнул.

— Ты сознаешь, что если бы король и королева знали, что на этом приеме находится лорд Уайльд, они вполне могли бы к нам присоединиться? «Влюбленного Уайльда» давали в замке в прошлый рождественский сезон.

— Терпеть не могу, когда передо мной лебезят, — напряженно проговорил Аларик. — Не важно кто, хоть особы королевской крови.

Норт улыбнулся.

— Этого можешь не опасаться, Диана не будет перед тобой заискивать, она и передо мной не заискивала, хотя я наследник герцогского титула.

Это Аларик уже знал. Всякий раз, когда он разговаривал со своей будущей невесткой, у нее было такое выражение лица, словно кто-то бросил ей в чай насекомое. Она уронила его руку после малейшего прикосновения. Плохо то, что с Нортом она, похоже, вела себя точно так же.

— Диана не очень верит в твои приключения в Африке, — сказал Норт.

— Она не первая, кто считает меня закоренелым лжецом. Англичанам нравится думать, что каждый мужчина жаждет разгуливать в парике, хотя есть множество доказательств, что это не так.

Норт усмехнулся.

— Она меня однажды спросила, не будет ли твоя следующая книга рассказывать о людях, которые носят в руках свои головы или ездят верхом на гигантских стрекозах. Короче говоря, она не истинная верующая.

К сожалению, это было лучшее, что Аларик слышал о Диане Белгрэйв до сих пор.

— Как ты с ней познакомился? — спросил он.

— Я увидел ее на балу, она сидела возле стены.

Аларик подумал, что это звучит вполне логично. Хотя мисс Белгрэйв и модница, у нее почему-то вид девушки, которая на танцах сидит в сторонке, и никто ее не приглашает.

— Когда вас представили друг другу, как она отреагировала? — спросил он.

Норт повернул голову и встретился взглядом с братом.

— Я наследник герцогского титула, — просто сказал он. — Ее дед был мэром Лондона. Разве у нее был еще какой-то выбор, кроме как невероятно обрадоваться?

Он подобрал отброшенный кий и загнал красный шар в лузу, кажется, даже не прицеливаясь.

Аларик покачал головой.

— Нет.

— Она смеялась.

Аларику было трудно представить ее смеющейся. На его взгляд, она постоянно выглядела хмурой.