До кареты они дошли молча. Лиана не вернулась в зал за накидкой, и один из дворцовых слуг догнал её уже у выхода, протягивая ткань. Наверное, со стороны всё выглядело не особенно необычно. Господин Вейр идёт рядом с женой. Госпожа Вейр бледна и не смотрит на мужа. При дворе такое происходило каждый вечер с десятком семей, поэтому никто не стал задавать вопросов. Кассиан помог ей сесть в карету. Лиана не воспользовалась предложенной рукой.

Внутри было темно и холодно. Фонарь под потолком качался на каждом повороте, бросая на лицо мужа жёлтые полосы света. Лиана сидела напротив и смотрела на него. Кассиан первым отвернулся к окну.

— Как давно? — спросила она.

Он не стал делать вид, будто не понял.

— Несколько месяцев, — ответил Кассиан. Голос оставался спокойным, и именно это раздражало сильнее всего. — Я не собираюсь отрицать связь.

— Какая честность, — сказала Лиана и усмехнулась. Смех вышел коротким и неприятным. — Особенно после того, как я увидела твой язык у неё во рту.

Кассиан поморщился.

— Не опускайся до пошлости, — произнёс он и сложил руки на груди. В его голосе появилась та самая высокомерная усталость, которая последние годы всё чаще сопровождала их споры.

— Я? — Лиана даже подалась вперёд от удивления. — Это я сейчас опустилась до пошлости? Кассиан, ты великолепен. Надо было ещё попросить меня извиниться перед Селестой за то, что помешала.

Он промолчал.

Карета свернула, колёса ударились о неровность, фонарь качнулся. Лиана заметила светлый волос на плече мужа. Длинный, почти чёрный. Её собственные волосы были такого же цвета, поэтому раньше она могла бы принять его за свой. Теперь не могла.

— Почему у неё мой голос? — спросила Лиана.

Кассиан посмотрел на неё.

— Не сейчас, — ответил он после паузы. Взгляд стал внимательнее.

— Почему она помнит мой башмак? — продолжила Лиана. Она больше не собиралась позволять ему выбирать тему разговора.

— Я сказал, не сейчас, — повторил он и отвернулся.

— Почему у неё моя родинка?

Кассиан стиснул зубы.

— Лиана.

— Нет, отвечай. Почему у твоей любовницы мой голос, моя родинка и мои воспоминания? — потребовала она. Теперь ей приходилось сжимать ладони, чтобы не броситься на него через тесное пространство кареты. — Ты с ней просто спишь или по дороге решил разобрать жену на части?

Кассиан замер.

Очень коротко.

Но замер.

Лиана увидела.

Он тут же вернул лицу прежнее выражение, но было поздно. Девятнадцать лет. За девятнадцать лет она видела его испуганным, больным, счастливым, пьяным, доведённым до отчаяния. Кассиан научился прекрасно владеть собой при дворе, но жена всё ещё знала те несколько мгновений, которые случались раньше маски.

— Что ты делаешь? — спросила Лиана уже тише. Ярость начала уступать место страху. — Кассиан, что ты делаешь со мной?

Он долго смотрел на неё.

— Ты всё узнаешь, — наконец сказал он. Потом провёл пальцами по виску, явно устав от разговора. — Но сегодня никакого продолжения не будет.

— Когда? — спросила Лиана.

— Когда придёт время, — ответил он и снова отвернулся к окну.

Она хотела продолжить, но передумала. Не потому, что подчинилась. Просто внезапно поняла: сейчас Кассиан больше ничего не скажет. Из него можно будет вытянуть лишь раздражение, ложь или очередной приказ успокоиться. Лучше было запомнить то, что он уже выдал. Не словами. Лицом.

Дом встретил их тишиной. Было поздно, большая часть слуг уже разошлась, в холле горели два светильника. Кассиан снял плащ сам и бросил его на кресло, хотя обычно позволял слуге принять одежду. Лиана прошла к лестнице и заметила полоску света из-под двери библиотеки.

Адриан опять не спал.

Кассиан тоже увидел.

— Не говори с ним сегодня, — сказал он. Его голос стал тише. — Он не должен оказаться между нами.

Лиана медленно повернулась.

— Между нами уже стоит другая женщина, которая носит куски моей жизни, — ответила она. — Не рассказывай мне теперь, кого можно впутывать.

Дверь библиотеки открылась раньше, чем муж успел ответить. Адриан выглянул наружу с книгой в руке. Волосы были взъерошены, рубашка расстёгнута у горла, на носу остался след чернил — очевидно, мальчик опять тёр лицо испачканными пальцами.

— Мама? Вы уже вернулись? — спросил он и вышел в коридор. Потом посмотрел на отца, почувствовал напряжение и сразу нахмурился. — Что случилось?

Лиана увидела взгляд Кассиана. Предупреждающий.

Ей захотелось сказать всё прямо сейчас.

Вот твой отец. Вот его любовница. Вот женщина, которая сегодня смеялась голосом твоей матери.

Она не сказала.

Не из уважения к Кассиану.

Ради Адриана.

— Ничего, — ответила Лиана и подошла к сыну. Она сняла с его носа пятнышко чернил большим пальцем и показала ему. — Вот что случилось. Ты опять читаешь до ночи и пытаешься превратиться в старого учёного раньше времени.