Лиана смотрела на Селесту.

Про башмак не знал Кассиан.

Она пришла в трактир раньше него. Снег набился в старую трещину возле носка, чулок промок, пальцы замёрзли. Лиане тогда было двадцать два и было ужасно стыдно, что мужчина, с которым она собиралась провести вечер, увидит её бедность. Поэтому она попросила хозяйку дать другую обувь, спрятала мокрый башмак под кровать и никогда никому об этом не рассказывала. Даже после свадьбы. Глупость. Такая маленькая, ничтожная глупость, что помнить её девятнадцать лет могла только сама Лиана.

Селеста знала.

— Откуда? — спросила Лиана.

Девушка открыла глаза.

— Я… — начала она и замолчала. Потом посмотрела на Кассиана, но тот не помог.

— Откуда ты знаешь про башмак? — повторила Лиана. Она почувствовала, что пальцы начинают дрожать, поэтому сжала их в кулаки. — Я никогда не рассказывала ему. Никому не рассказывала. Ты там не была. Тебе тогда было четыре года, если я правильно считаю.

Селеста отступила к окну.

— Не знаю, — выдохнула она. Теперь в её голосе не осталось ни вызова, ни молодой уверенности. — Я правда не знаю. Мне казалось, что я просто… помню.

Она сама услышала последнюю фразу и побледнела ещё сильнее.

Кассиан тоже изменился. Совсем немного. Если бы Лиана прожила с ним не девятнадцать лет, возможно, ничего бы не заметила. Но она знала, как муж напрягает челюсть, когда злится, и как чуть прищуривает глаза, когда испуган. Сейчас он испугался.

Не измены.

Не скандала.

Селестиного ответа.

— Хватит, — сказал Кассиан уже совсем другим тоном. Теперь это был не раздражённый муж, пойманный возле любовницы. Это был придворный маг, привыкший отдавать приказы. — Селеста, возвращайся в зал. Лиана, мы уезжаем.

— Никуда она не пойдёт, пока не ответит, — возразила Лиана и двинулась к девушке. Теперь она смотрела на родинку над её губой и уже не могла заставить себя смотреть куда-нибудь ещё. — И ещё один вопрос. Откуда это?

Селеста не поняла.

Лиана подняла палец к собственной губе.

Девушка машинально повторила движение.

Коснулась родинки.

И замерла.

Лиана увидела, как в её глазах появляется новая тревога. Селеста провела пальцем по коже, будто впервые обнаружила эту тёмную точку.

— Она у меня давно, — сказала девушка, но голос прозвучал неуверенно. Она посмотрела на Кассиана. — Разве нет?

Кассиан ничего не ответил.

Это молчание было хуже всего.

— Весной она исчезла с моего лица, — произнесла Лиана. Теперь слова давались труднее. — Я показала тебе, Кассиан. Ты сказал, что она мне никогда не нравилась. А теперь она здесь.

Она указала на Селесту.

Девушка резко убрала руку от лица.

— Это невозможно, — сказала она, но уже не Лиане, а скорее себе. Потом ещё раз потрогала родинку, будто та могла отвалиться под пальцами и закончить этот безумный разговор.

— Конечно, невозможно, — ответила Лиана. Она смотрела на мужа. — Так объясни.

Кассиан медленно провёл ладонью по лицу. На мгновение в нём проступила усталость, но Лиана не поверила даже ей. Он слишком долго что-то скрывал.

— Не здесь, — сказал он. Потом повернулся к Селесте и почти приказал: — Возвращайся в зал. Сейчас.

— Кассиан, что со мной? — спросила девушка и неожиданно схватила его за рукав. Она больше не выглядела любовницей, уличённой женой. Теперь это была испуганная молодая женщина, которая только что обнаружила внутри собственной головы чужое воспоминание. — Почему я знаю то, чего не было со мной?

— Я сказал — позже, — отрезал Кассиан. Он снял её пальцы со своего рукава и впервые за весь вечер посмотрел на Селесту почти сердито.

Лиана наблюдала за ними и ощущала, как измена постепенно отходит на второй план. Не исчезает. Нет, Кассиан всё ещё был ублюдком, который спал с молодой женщиной и целовал её в дворцовой галерее. За это Лиана ещё успеет его ненавидеть. Но сейчас рядом с обычным предательством появилось нечто другое, и оно было намного хуже. У Селесты находились её голос, привычка, фраза из прошлого, воспоминание, которого даже муж не мог ей передать, и родинка, исчезнувшая с лица Лианы несколько месяцев назад.

Слишком много совпадений для одной любовницы.

— Домой, — повторил Кассиан. Он посмотрел на жену так, будто ожидал нового сопротивления. — Сейчас же.

Лиана приблизилась к нему.

— Я поеду, — ответила она. Потом перевела взгляд на Селесту. — А ты оставайся. И если сегодня ночью вспомнишь, как я рожала Адриана, постарайся хотя бы не сойти с ума.

Селеста вздрогнула.

Кассиан схватил Лиану за запястье, но тут же отпустил, встретившись с её взглядом.