– Или дважды организовал эту опасность, чтобы героически её предотвратить. – Соня была неумолима. – Послушай меня внимательно. Я понимаю, что мужчина в длинном чёрном пальто, с трагическим взглядом, весь такой из себя загадочный. Это невероятно романтичный персонаж. Особенно для тебя, человека, который лепит ангелов и в принципе тяготеет к мрачной эстетике. Но реальная жизнь, ведь, Мирочка, не готический роман. Реальные сталкеры ведут себя именно так, как он. А потом девушки пропадают, а если трупы и находят…

Подруга замолчала, видно поняла, что ляпнула лишнее и три раза постучала, сначала, судя по звуку, по столу, а потом и по своей рыжей голове.

Слова Сони смешивались с доводами Шаховского. Два независимых голоса, оба логичные. А против них обоих только необъяснимое доверие, которое Мира не могла ни оправдать, ни отбросить. И поцелуй, который всё стоял перед глазами, и его глаза тёмные и бесконечные, как обсидиан.

– И что ты предлагаешь? – устало спросила Мира.

– Вызвать полицию. Расскажи им всё о звонках и появлениях мужчины. Про грузовик в подробностях, под который ты едва не попала, и про сегодняшние рухнувшие леса. Они обязаны хотя бы зафиксировать ситуацию, а полиция сможет запросить записи камер там, где ты его видела. Вдруг найдётся что-то для установления личности.

– Ты права. Наверное, пора обратиться за помощью. Вместо того чтобы полагаться на загадочные обещания человека, который отказывается рассказать о себе хоть что-то внятное.

– Вот именно. Я сейчас приеду и позвоним вместе. Я буду рядом, Мирочка. К тому же у меня с ним свои счёты.

* * *

Соня приехала через двадцать минут, с решительным видом главнокомандующего перед важной операцией и с сумкой через плечо. Она устроилась за кухонным столом и раскрыла ноутбук. По её словам, подруга уже занесла в таблицы хронологию всех известных ей происшествий.

– Смотри. Дата первого появления у мастерской, звонок с угрозой мне, грузовик, сегодняшняя стройка. Полиции нужна чёткая картина, а не сбивчивый рассказ напуганного человека. При всём уважении, Мира, ты сейчас не в состоянии излагать факты последовательно.

– Спасибо. – Благодарность вышла искренняя, деятельная забота подруги так отличалась от собственной растерянности последних дней.

* * *

В полицию они позвонили около восьми. Диспетчер, выслушав краткое изложение, пообещал прислать наряд в течение часа. Через сорок минуты в домофон уже звонили двое полицейских. Соня проверила видео в приложении, прежде чем их пустить. Один был пожилой, грузный мужчина с усталым, но внимательным лицом, он представился капитаном Рыбаковым. Второй его молодой напарник оказался лейтенантом по фамилии Воробьёв. Это был худощавый, высокий парень с планшетом наготове, ещё не разочаровавшийся в своей службе, как судя, по всему случилось, с его более опытным коллегой.

– Итак. – Рыбаков сел на предложенный стул. – Расскажите подробно, что вас беспокоит.

Мира, держась подготовленной Соней и не раз отрепетированной ими за вечер хронологии, изложила всё, что знала. Опять же умолчала, только про поцелуй. Рыбаков слушал, изредка делая пометки в своём блокноте, его молодой напарник печатал прямо на планшете.

– Значит, этот мужчина дважды спас вас от реальной опасности, – уточнил Рыбаков, когда она закончила рассказ, – но при этом не объясняет, кто он и почему за вами следит?

– Он назвал имя. Марк. И всё, без фамилии.

Рыбаков обменялся быстрым взглядом с напарником.

– А можете описать подробнее? Возраст мужчины, рост, особые приметы?

Мира описала всё, что смогла. Сообщила, что у Марка высокий рост, всегда длинное тёмное пальто старомодного покроя, спокойное, почти неподвижное лицо, тёмные, как глубокие омуты, глаза. И сказав про глаза, немного смутилась, опять вспомнила про злополучный поцелуй.

– А фотографии, случайно, нет? – лейтенант Воробьёв оторвался от планшета. – Люди иногда снимают подозрительных незнакомцев на телефон.

Соня ведь ей говорила, но Мира так и не попыталась сфотографировать Марка. Либо телефона не было под рукой, либо встреча поглощала её целиком и полностью, и о том, что она могла бы сделать фото, Мира вспоминала только тогда, когда объект для съёмки растворялся на улицах города без следа.

– Нет, – честно ответила она. – Никакой фотографии я сделать не успела.

– Понятно. А сегодня? Вы говорите, этот Марк спас вас, и он был там непосредственно перед обрушением?

– Оттащил меня за секунду до того, как конструкции рухнули.

– Это интересно. – Рыбаков впервые за разговор оживился. – Тогда должны быть свидетели и записи с камер. Места там тихие, но стройплощадки обычно оборудованы видеонаблюдением. Это может помочь нам установить личность вашегоспасателя-преследователя .

– Именно об этом я и говорила! – Соня подалась вперёд к капитану. –

Записи покажут, кто этот Марк на самом деле. Может, даже видно будет, откуда он следит постоянно за Мирой. Или как он устроил обрушение. Вы только внимательно смотрите эти камеры!