— Простите, я могу вам чем-то помочь? Вас устраивает обслуживание в нашем заведении? — девчонка смотрит на меня с легкой ноткой волнения, но в ее взгляде я вижу еще и огонек заинтересованности.

— Что ты здесь делаешь? — хватаю ее под локоть и осторожно веду за собой. Мы скрываемся за тяжелыми шторами, которые отделяют коридоры, ведущие в подсобные помещения и общий зал для гостей.

— Простите, я не понимаю. Что-то не так? — она не успевает задать следующий вопрос, как я накрываю ее губы поцелуем. И неожиданно для себя — она отвечает мне. Очень напористо и настойчиво. Но я чувствую, что этот поцелуй не приносит мне такого удовольствия, как тогда в клубе. Пытаюсь отмахнуться от этого ощущения.

— Ты мне должна. Я тебя предупреждал, еще раз попадешься мне на глаза — я тебя не отпущу. — рычу ей в шею.

— Я не понимаю вас, я бы точно не забыла ни одной нашей встречи. — она продолжает целовать меня в шею.

— Аня, если ты сейчас не остановишься, я за себя не ручаюсь. А там в зале, сидят партнеры, и меня ждут люди…

— Что? Аня? Нет, простите, вы кажется меня перепутали с моей сестрой. Меня зовут — Екатерина. И мне очень приятно познакомиться с вами, надеюсь вам также приятно. — во взгляде девушки сверкает нотка ярости, которую она пытается прикрыть соблазном.

Я отстраняюсь от девушки в немом шоке. Сестра??? Значит, мое ощущение меня не подвело.

— Аня твоя сестра? Почему вы выглядите одинаково? Ты меня пытаешься сейчас развести, чтоб сбежать?

— Вовсе нет, можете выглянуть в зал. Моя “чудесная” сестричка сейчас исполнит для вас песню.Я выглядываю из-за штор, и вижу на сцене девушку, с густым облаком волос. Она стоит в идеальном платье, шелком струящемся по тонкой фигуре, губы в алой помаде. Она замирает, прикрывает глаза, и начинает петь. В этот момент меня прошибает током. Голос, разносящийся по залу, заставляет гостей повернуться к ней, и все в восхищении смотрят на нее. А я просто стою, открыв рот и как преступник, подглядываю за ней из-за штор. Мое тело так реагирует на звук ее голоса, что единственное чего я хочу — подойти и забрать ее. Забрать, увезти на 83 этаж, запереть в своей квартире, и сделать только своей. Я поворачиваюсь к ее сестре, и понимаю — они очень похожи внешне, но от них исходит совершенно разная энергетика.

— Максим Александрович, вы знакомы с моей сестрой? Вас связывают какие-то отношения? — слышу какую-то болезненность в ее вопросах.

— Мы сталкивались с ней пару раз. Отношения я ни с кем не завожу. — отчеканиваю я.

— Возможно вам просто не попадалось на пути достойных кандидаток.

Я даю девушке свою визитку. Напиши мне на этот номер, я скажу куда и когда приехать. Посмотрим, какая ты “кандидатка”. — с легкой иронией произношу я и возвращаюсь в зал. Смотрю на сцену, а там за фортепиано уже сидит молодой человек и начинает играть другую музыку.

“Если ты думаешь, что снова от меня сбежишь, то у меня для тебя плохие новости, малышка.” — с этой мыслью я заканчиваю нашу деловую встречу.

— Вот — моя сестра, Анна. Предлагаю вам пока познакомиться, а я пойду переоденусь и подойду. — с этими словами Катя оставляет меня и управляющего вдвоем за столиком у сцены.

— Значит, Аня. Я — Петр. Ну что ж, будем знакомы. Давай сразу к делу — в заведении сегодня важные переговоры у одного из наших особо почитаемых клиентов, и хотелось бы тебя посмотреть до их появления. Я вижу, что ты “на полном фарше” сегодня, но я не уверен, что готов тебя поставить сегодня на сцену. — тон Петра показался мне довольно самоуверенным и дерзким, но выбирать сейчас мне не приходилось, поэтому я просто молча кивала.

— Я..я волнуюсь. Очень давно не пела перед публикой, но надеюсь справлюсь. — я умалчиваю о том, что на сцене перед публикой в таком формате я не выступала совсем.

После окончания музыкальной школы, я поступила в Гнесинку, прошла итоговое прослушивание меня зачислили в ряды студентов. Но проучившись пол года, мне пришлось взять академ. Мама пила, и начала употреблять, я пыталась пристраивать ее в клиники, зарабатывать на жизнь должна была тоже я, а с насыщенной учебной программой, я не могла совмещать это все. В итоге после года академа, меня отчислили, так как на мое место было слишком много желающих и тех, кто действительно мог позволить себе жить музыкой. Моя реальность на тот момент была далека от всего этого.

После смерти мамы я задумывалась о том, чтобы снова пойти учиться, но нужно было себя обеспечивать, и Егор всегда говорил, что это не серьезное занятие. Музыкой нельзя занимать всю жизнь, и вообще на ней не заработаешь. Если бы он знал, что для моей души — музыка и была жизнью.