— Кирилл уехал? — спрашиваю, не найдя его ни в гостиной, ни в кухне.

— Нет, решил проветриться во дворе. Сказал, что хочет со мной поговорить перед отъездом. Так что разберётесь на кухне, ладно?

— Да, справимся.

Виктор выходит на веранду, на которой его ждёт Кирилл. Я вижу его со спины, и мысленно желаю ему сил, чтобы наконец признаться в том, что сжирает изнутри.

— Как ты? — спрашиваю у Оксаны, которая сидит за столом.

Она немного бледная, под глазами залегли тени, но выглядит довольно бодрой. Вместо неё отвечает Соня:

— Всё нормально. Мы выздоровели.

— Это замечательно, — улыбаюсь я. — Чем вас порадовать на обед?

— Жареной картошкой! — тут же отзывается Соня.

— Любишь жареную картошку?

— Обожаю, но папа редко нам её разрешает. Говорит, что она вредная. Но сегодня можно!

— Точно, у нас же праздник в честь вашего выздоровления.

— Почему всё вкусное вредно? — Соня задаёт очень даже философский вопрос.

И пока мы ведём с ней беседу о разных продуктах, я чищу и жарю картошку, то и дело бросая взгляды во двор. Мужчины успели выйти на улицу, и теперь мне лучше их видно через кухонное окно. Виктор слушает Кирилла. Долго. Не перебивая и почти не меняясь в лице. Но по его позе и по тому, как сжаты губы, понимаю, — он напряжён. Остаётся только надеяться, что это напряжение не выльется во что-то безобразное.

Мои опасения оказываются напрасными. Потому что когда Кирилл заканчивает говорить, не сразу, но Виктор его обнимает. Прижимает к себе. Кирилл плачет, а Виктор гладит его по спине.

Отвожу взгляд, потому что я увидела главное — момент прощения и принятия. У меня с души будто камень спадает. Я поспособствовала тому, чтобы этот разговор состоялся и переживала, что отношения между братьями разрушатся. Но их связь намного крепче, чем та, что была между мной и Ольгой. И я искренне этому рада.

Виктор возвращается первым. Поднимает на меня тяжёлый взгляд, но сразу же тот смягчается. Я робко улыбаюсь в ответ. Кажется, в этот момент между нами рождается что-то новое и очень важное. Потом он смотрит на дочерей и окончательно расслабляется.

— Мы жарим картошку! — гордо сообщает Соня.

— Я по запаху ещё в холле понял, — смеётся Виктор. — Но картошку получите только вместе с салатом! Давай, не корчи рожи, а помогай, — командует дочке.

Кирилл заходит к нам, когда на столе уже накрыто.

— Привет, Наташа, — здоровается он.

И этими двумя словами выражает свою благодарность. Так странно, ещё вчера я ощущала себя чужой, а теперь…

— Раз все в сборе, давайте уже пообедаем как семья, — провозглашает Виктор.

«Как семья», — эхом отдаётся у меня в голове. Детям сложно понять такое, а между нами, взрослыми, словно формируется незримая связь. Ещё немного, и я поверю, что у меня действительно есть шанс обрести новую семью.

— Я посижу с девочками, — говорю Виктору, когда все, кроме Оксаны, успевают попробовать картошку и отвесить мне по несколько комплиментов.

Соня ест с аппетитом, Оксана больше ковыряется в тарелке, но я списываю плохой аппетит на последствие болезни.

— Вы как? — Виктор обращается к дочкам.

— Я за, — отвечает Соня и подмигивает мне.

Похоже, за поцелуй с её отцом мне придётся долго с ней играть. И не только за поцелуй, но и за безумную мысль, что я хотела бы стать для неё и Оксаны кем-то большим, чем подруга отца. Я и сама пока до конца не понимаю: я действительно этого хочу? Уже готовлюсь к этому? Такие мысли слишком… Слишком ранние наверное.

Оксана в ответ молча кивает.

— Тогда я буквально на пару часов отъеду, а после весь ваш.

Когда Виктор и Кирилл уезжают, мы около получаса играет с девочками в настолку. Но потом усталость после сложной ночи даёт о себе знать. Поэтому они расходятся по комнатам. В этот момент оживает мой смартфон.

— Наталья Алексеевна! — Звучит взволнованный голос Даши.

По её тону понятно, что случилось что-то неординарное.

— Что стряслось?

— Тут полная жесть! Нам прилетел разгромный отзыв! Вас обвиняют, что вы ребёнка до инвалидности довели!

— Что? — хмурюсь.

Бред какой-то. Но похоже разбираться с этим бредом нужно прямо сейчас.

— Ерунда какая-то, — отвечаю спокойно. — У нас ничего подобного никогда не случалось. Никто в это не поверит.

— Вам надо это прочитать, — возражает Даша. — Написано так… убедительно. Ещё и некоторые подписчики стали поддакивать. Я хотела удалить, но у нас же правило — не чистить отзывы. Да и будет странно, если мы его просто удалим. Люди тогда начнут думать, что это правда.

— Ты всё правильно сделала. Я посмотрю. А ты так не переживай, обязательно во всём разберёмся.