— Спасибо мне достаточно, — говорю и снова сажусь. В её взгляде гнев мешается со смущением и… разочарованием? Мысленно аплодирую себе.

Фыркнув, она уходит так же стремительно, как вошла. За малым не хлопает дверью. Этот раунд остался за мной. Какой шаг сделать дальше? Забрасывать цветами пока нет смысла, не тот эффект. Драгоценности дарить рано, да и не примет скорее всего. Пригласить куда-нибудь на нейтральную территорию? Может, в Большой билеты достать? Там сейчас как раз Мариинка на гастролях, Леся все уши прожужжала — она когда-то балетом занималась, только два года назад бросила. И правильно: как вспомню, сколько убивалась, ломалась и болела. А потом сказала: раз примой не стать, то нечего стараться. В этом мы похожи: или всё, или ничего.

Леся появляется в офисе на следующий день. Как всегда без предупреждения, спасибо, что хоть вечером.

— А если бы меня не было на месте? — спрашиваю, пока она снимает дутую куртку и шарф, швыряет на диван.

— Поехала бы дальше, — пожимает Леся плечами. Нагло садится на край моего стола, двумя пальцами приподнимает лежащий ближе всего документ. — «Стратегия снижения затрат на топливно-энергетические ресурсы за период…». Фу, как скучно. Ты реально понимаешь, что тут написано?

— Конечно понимаю, — отбираю документ и убираю в папку. — Чем обязан?

— Мы почти месяц лично не виделись, не соскучился? — надувает губы. У Леси тонкие черты лица и изысканная аристократическая красота. Очень легко представить в платье девятнадцатого века и широкополой шляпе. Но она, как будто пытаясь это скрыть, броско красится, коротко стрижёт некогда русые, а сейчас белые волосы и носит джинсы с высокими ботинками. Видели бы родители, инфаркт бы хватил. Может, и к лучшему, что их уже нет. У нас десять лет разницы, Лесе недавно двадцать три исполнилось. На день рождения мотоцикл попросила, сумасшедшая. Знает, что после смерти родителей ни в чём ей отказать не могу.

— Мне нравится твой кабинет, — она обводит его взглядом, как будто в первый раз видит. — Но я бы добавила яркости.

— Знаю я твою яркость: мазня друзей и постеры с героями мультфильмов. — Вспоминаю её квартиру. — Обойдусь.

— Вот поэтому ты до сих пор один: ску-учный. Зануда.

Леся шутливо щёлкает по носу, фыркает, и именно этот момент Ядвига выбирает, чтобы зайти. Застывает в дверях, прижимая папку к груди. Впервые за день увидел, сердце сладко ноет. Она снова в красном, вчерашний костюм. Дома не ночевала, или просто понравилось?

— Извините, что помешала, — говорит сухо.

— Не помешали. Что-то важное? — спихиваю сестру со стола.

— Надо согласовать пару документов, но я лучше завтра зайду. К тому же, рабочий день уже закончился. До свидания.

Уходит, я продолжаю смотреть на закрывшуюся дверь. Всё за Ядвигой тянется. Леся громко присвистывает.

— Вижу, почему тебе яркость не нужна, она под носом ходит. Секретарша?

— Мой зам.

— У вас что-то есть? Показалось, что ей не понравилось, как близко к тебе я сидела.

— Ничего у нас нет, — невольно вздыхаю, забыв, что рядом не сестра — ищейка, которая тут же встаёт в охотничью стойку.

— Но ты бы хотел.

— Я? Нет. Мы давно вместе работаем.

— Ага, поэтому смотрел так, что воздух заискрился. Хочешь, догоню и скажу, что я твоя сестра.

— Не надо. — С силой тру глаза. Было желание броситься за ней, но может, это к лучшему. Если это вызовет хотя бы крохотную искру ревности, это сыграет на пользу.

— Так ты уже закончил? Давай поужинаем вместе, — предлагает Леся и складывает руки в молитвенном жесте. — Пожалуйста. Хочу провести время с любимым братиком.

— И выжрать мне мозг чайной ложечкой. — Ворчу и выключаю компьютер. — Ладно, поехали, давно вместе не сидели.

Леся отвлекает от мыслей о Ядвиге, но они возвращаются к ночи. Завтра объясню. Не нужна мне её ревность такой ценой. Глупо, выглядит так, будто подстроил. Решив, что точно поговорю, утром собираюсь вызвать к себе, но она как мысли читает — входит, слышу, как говорит:

— Не беспокойте нас пока.

Пересекает кабинет, звонко цокая каблуками, обходит стол, решительно кладёт ладонь на затылок и впивается в губы. Опешив, даже не успеваю ответить. Ядвига прерывает поцелуй, смотрит в глаза.

— Я больше не хочу ждать. Хочу тебя.

Не могу больше ждать. Никаких сил не хватит, когда так настойчиво предлагают. Оттолкнувшись от подлокотников, подаюсь к ней, с силой сжимаю шею и целую, раздвигая языком губы.

Ядвига

— Мама!

— Медвежоночек!