– Ки-ира, – протянул он насмешливо, привлекая внимание к своей персоне. Сев за работу, мужчина скинул пиджак и стянул яркий шейный платок, предпочтя расстегнуть верхние пуговицы своей тонкой батистовой рубашки и закатать рукава, оголяя загорелую кожу на сильных руках. – Присядешь?

– Да, благодарю! – решительно кивнув, я села в кресло, приставленное с другой стороны стола.

– Предпочтёшь обменяться любезностями?

– Нет. Лучше сразу к делу! – отрезала я. – Поговори с Дрэем.

– С Дрэем? О чём? – усмехнувшись, он занял своё кресло, откинувшись на спинку и с прищуром глядя на меня. – Мой брат – давно взрослый мальчик, даже когда женился, разрешения не спрашивал…

Прикрыв глаза, я сосчитала до трёх и выдохнула, прежде чем продолжить. За что на мою голову валились сплошные упрямые бараны?

– Он хочет развод, я готова его дать, но он треплет нервы и наше имя… Между прочим, родовое имя, – акцентировала я на этом внимание и не зря. Мужчина сразу стал более собранным.

– Кира, вы уже взрослые детки… Сами играли в семью, могли бы и сами развестись по-тихому. Зачем тебе типография? – потянулся он к папке, что лежала перед ним, и которую он читал перед моим приходом. – Что тебе в ней, раз ты готова отказаться от самого ценного, что есть в собственности моего брата – от особняка? – поверх документов взглянул он на меня.

– Я хочу выпускать журнал для женщин! – не стала скрывать свои планы.

– Что?! – опустил он документы, впившись в меня взглядом. – Ты?! Что ты об этом можешь знать? – рассмеялся он.

– Многое! Я знаю, что интересно женщинам. И не надо мне говорить, что я – светлая, а вокруг меня тёмные! – остановила его. – Всем нам нужно одно! И сплетни у нас одинаковые! И темы для разговоров – тоже!

– Допустим… но журнал – это не только про желания, это производство! Что ты можешь об этом знать? Ты ведь и дня в своей жизни не работала! – уличил он меня в очевидном. Вот только я – не Кира, а современное дитя. Я знаю, что такое бизнес-план, и даже уже начала прикидывать, что и почём.

– Рхайдарр, у меня есть концепция, пустующая ниша и аудитория. Первые три номера я уже продумала – темы, рубрики, даже обложки вижу: яркие, дерзкие, такие, чтобы драконицы сразу захотели купить. Я хочу, чтобы это был журнал для самых разных женщин. Они удовлетворят свою скуку, узнают сплетни, немного полезных ритуалов красоты, последние новинки моды…

– Похоже, ты знаешь, о чём говоришь, но производство?.. – удивился деверь, постукивая кончиками пальцев по столу. – Зачем ты украла расписки брата? И бухгалтерские документы кабаре?

– Вот, а ты говоришь, что мы – взрослые детки, – усмехнулась я, – Дрэй тебе уже на всё нажаловался!

– Кира, не отвлекайся! – одёрнул он меня, словно вёл допрос.

– Ну конечно… Тебя не смущает, что он пробовал укрыть эти деньги? Тоже считаешь, что я ни на что не должна претендовать? Как же вы меня бесите! – не сдержавшись, поднялась я и прошлась по кабинету. – Почему у вас ко мне такое отношение?! Ни с одной тёмной вам даже в голову бы не пришло так говорить!

– Кира, ты горячишься, – поморщился он, – ни одна тёмная не стала бы устраивать скандалы, лить слёзы и давить на жалость…

– А я и не давлю! Я наняла адвоката, обратилась к богине и без своего не уйду! Слышишь меня, Рхайдарр, мне больше нечего терять, а значит, я опасна! Если понадобится, смешаю с грязью имя рода! Оказывается, тёмные такие милашки, особенно – лэйра Шарр’таларн’Вихар.

– Угрожаешь? – усмехнулся он с озорными искрами в глазах. – Зубки отрастила? Думаешь, не обломаешь?

– Не дождётесь! – взвилась я, с раздражением глядя на него. Тоже мне, хозяин жизни нашёлся! Расслабленно развалился в кресле и забавляется за мой счёт… Гад! Властный, привлекательный, но гад!

– Хорошо. Иди домой, Кира, – заключил он, подбираясь и подтягивая к себе следующую папку с документами, утыкаясь в неё взглядом, всем своим видом показывая, как он занят. – Я подумаю над твоими словами. Свободна!

Я кипела от негодования, возмущение переполняло, даже не смогла отказать себе в удовольствии хлопнуть дверьми. С другой стороны послышался грохот – кажется, картина, что висела на той стене, не выдержала моего возмущения и упала.