— Кассиан Терран наносит Дамиану Орсо второй удар рукой в область груди после клятвенного поражения. Дамиан падает. Он жив, но не может подняться.

Прошлый Кассиан стоял над ним. Несколько секунд он не двигался. Возможно, в эти секунды еще можно было позвать врача, стражу, кого угодно. Возможно, Дамиан еще мог выжить. Именно эта возможность сделала след страшнее.

Кассиан не позвал никого.

Он поднял папку, вынул из нее часть листов, передал женщине с архивным перстнем. Потом присел рядом с Дамианом и снял с его руки старое кольцо.

Мое кольцо.

Нет. Не снял. Попытался снять. Серебро вспыхнуло и обожгло ему левое запястье. Он резко отдернул руку, и ожог стал тем самым неровным следом, который я видела у него под манжетом.

Дамиан, почти без сознания, сжал пальцы.

— Она услышит, — прошептал он снова.

Кассиан ударил его лицом вниз в камень, потом столкнул к краю арки.

Таисия закрыла рот ладонью. Вирс бы не выдержала такого, подумала я нелепо. И тут же поняла, что думаю о Вирс, чтобы не закричать.

Дамиан исчез за каменным бортиком.

Внизу плеснула вода.

Эхо не украсило смерть. Не сделало ее красивой. Не дало последней фразы, достойной баллады. Был удар, падение, вода и человек на мосту, который остался стоять.

Вот так умирают не легенды. Люди.

Прошлый Кассиан поднялся. Его лицо было бледным, но собранным. Женщина с архивным перстнем сказала:

— Эхо?

— Обрезать у источника, — ответил он. — Если кольцо не взялось, работаем через дело. В реестре смерть появится раньше тела. Когда тело найдут, все уже будет закрыто.

Дарвий тихо произнес:

— Вот почему запись была задним числом.

Я повторила для протокола:

— Кассиан говорит: смерть внести в реестр раньше обнаружения тела, дело закрыть через Палату.

Слой начал распадаться. Река стала громче, прошлый мост потускнел, фигура Дамиана исчезла окончательно. Осталась только мостовая печать под моей рукой, раскаленное кольцо и настоящий Кассиан, который больше не выглядел усталым.

Он выглядел готовым.

— Достаточно, — сказала Мелисента. — Слой закреплен?

— Почти, — ответил Рейнард. — Нужна последняя привязка к настоящему ожогу магистра Террана и к судебной записи кольца.

— Я не дам вам трогать себя, — сказал Кассиан.

Рейнард впервые посмотрел на него прямо.

— Тогда Совет учтет отказ.

— Совет учтет незаконную реконструкцию, проведенную лишенным должности человеком на основании слов нестабильной женщины и больной вдовы.

— Слой видели восемь свидетелей, — сказала Мелисента. — Включая вашего лекаря.

Лирс стоял у края круга, белый как бумага.

— Я видел, — сказал он.

Кассиан повернулся к нему.

— Подумайте, что именно вы видели.

— Убийство, — ответил Лирс тихо. — Я видел убийство.

Эти слова еще не были приговором, но они изменили воздух.

Кассиан медленно улыбнулся.

— Тогда вы все понимаете, что теперь произойдет.

Он поднял левую руку.

Страж рядом шагнул к нему, но поздно. Манжет на запястье лопнул по скрытому шву, и на камень упала тонкая черная пластина, похожая на обломок перчатки. Не оружие в обычном смысле. Артефакт подавления, спрятанный у самой кожи.

Пластина ударилась о линию мостовой печати.

Камень под ногами дрогнул.

— Отойти! — крикнул Рейнард.

Он бросился к кругу, но его удержала судебная лента на запястье. Резкий свет вспыхнул между ним и печатью. Дарвий попытался выдернуть зеркальную пластину из щели, но старая магия уже пошла по линиям, ломая слой изнутри.

Кассиан не пытался бежать. Он пытался уничтожить место.

— Если печать уйдет, — сказал он, и теперь его слышали все, — у вас останется рассказ. Рассказ жены, которой слишком хотелось обвинить мужа.

Я посмотрела на треснувшее кольцо. Оно почти раскололось. Судебная печать на коже потемнела до черного. Если я потяну эхо на себя, оно может разорвать артефакт окончательно. Если не потяну, мост потеряет след.

Рейнард понял это одновременно со мной.

— Алеста, не надо.

Он впервые сказал мое имя без титула при всех.

Кассиан услышал и улыбнулся шире.

— Послушайте его. Хоть раз.

Я подняла левую руку над печатью.

— Госпожа Терран! — Мелисента шагнула вперед.

— В протокол, — сказала я. — Я не вызываю новое эхо. Я закрепляю уже открытый слой через владельца клятвенного артефакта.

Это было важно. Даже сейчас. Особенно сейчас.

Рейнард резко повернулся к Дарвию.

— Держите пластину. Я беру внешний контур.

— Вам запрещен личный контакт с госпожой Терран.

— Я не буду касаться ее. Я удержу мост.