Замок стоял на возвышенности – и внизу простиралась долина с голубыми нитками рек и глазами озёр, россыпью аккуратных домиков со светлыми крышами и линиями-паутинками улиц.

Едва заметно убегала вдаль извилистая тропа стен у границы.

Мир вокруг дышал и пел, а воздух пах сладостью цветов и дождя. Было очень тепло.

Наверное, я непростительно расслабилась. Решила, что здесь, в драконьей крепости, несмотря на некоторые странности никто не посмеет причинить мне вреда.

Тем более, что змея на запястье, спрятанная под рукавом лёгкого летнего платья, лениво сжимала кольца и дремала, как объевшийся удав из цирка.

Мне иногда казалось, что брачный узор нагревается – но, возможно, было просто жарко на солнце...

Ухватившие за талию руки стали неожиданностью. Неприятной.

– Какая симпатичная человечка, – выдохнули мне на ухо, – ты новенькая горничная? Ночью приходи ко мне, малышка...

Я попыталась сбросить с себя чужие липкие пальцы, но бесполезно. Меня крепко ухватили за талию, притиснув к высокому и крепкому, судя по ощущениям, телу.

– Ммм... – чужой нос принюхался к шее, вызывая дрожь омерзения, – как сладко пахнет. Будешь моей наложницей, – легла на бедро жёсткая ладонь, – слишком хороша.

Я была совершенно выбита из колеи и не осознавала, что делать. В этот миг меня развернули – и попытались поцеловать.

Все, что я успела заметить – это твердые губы, упрямый широкий подбородок и абсолютно диковинные, синего оттенка волосы.

Тело сработало быстрее меня.

Отстраниться. Шаг в сторону. Качнуться вперёд – и тут же назад. Подсечка.

Конечно, он не упал. Высокий, огромный даже по меркам воинов. С маслянистой неприятной усмешкой, переросшей в гримасу.

Бухало сердце. Дрожали ноги.

Никто. Никто не бросился мне на помощь. Проходившие мимо слуги и отряд стражи сделал вид, что ничего не происходит.

– Придите в себя, шейд. Вы сейчас оскорбили леди. Я супруга хаора Кальсиара. Немедленно извинитесь за ваше неподобающее поведение.

Мой голос почти не дрожал. Ноги зато дрожали.

Да где же супруг, умертвия бы его подгоняли! И где мой драгоценный хранитель? Как поджал хвост после вчерашней очень короткой драки с устрашающим теневым псом, так и не показывается! Защитники!

Все самой. И хвост хранителям крутить, и дракона успокаивать, и непонятливых упокаивать, и слуг правилам вежливости добрым словом и гексаграммой учить. Последнее вернее.

– Девка карателя и палача? Как забавно, – глаза у него были рыбьи, а не драконьи. Пустые и жёсткие, с вертикальным зрачком, – мой дорогой родич снова отличился, приволок потаскушку с человеческих земель. Пытается убедить всех, что и с ним жить можно? И как тебе муженек? А? Скучаешь уже по настоящему мужчине, а не ледяному трупаку в постели? – Шевельнул бровями чужак.

Запястье обожгло. Сонная змея тревожно заворочалась.

– Вы, видно, разум потеряли, – я старалась говорить ровно. Спокойно.

Успела только моргнуть – и поняла, что меня держат за шею и приподнимают над землёй.Задохнулась, заболтала ногами в воздухе. Слез не было. Была какая-то холодная сосредоточенность.Раньше я думала, что не умею ненавидеть. Сейчас, глядя в эти рыбьи глаза, я осознала, что  уничтожу этого дракона. За каждое сказанное им слово.– Когда тебя спросят, будешь говорить, что он тебя заставил, – приблизились ко мне жестокие злые глаза, – издевался и угрожал, клялся уничтожить, если не ляжешь с ним. Поняла? Иначе, – обдало меня потоком воздуха. В глазах этого существа разливалось какое-то садистское удовольствие, – я хорошенько позабавлюсь с тобой, куколка. И о твоей мамаше тоже позаботятся, как и о сестрице. Мы все знаем...