«Он не такой громоздкий, как в украшениях мачехи, он словно создан для меня».

– Это паинит, очень редкий камень. Такого нет даже у королевской семьи.

Девон задумчиво оглядел её от макушки вьющихся волос до кончиков атласных туфелек:

– Ты так похожа на Риену.

На миг Энье показалось, что в глазах Девона появились слёзы. Перед ними открылись двери в бальную залу, где виновница торжества уже во всю отмечала свой день рождения.

Широкий круглый стол был завален горой подарков в ярких обёртках с пышными бантами, вокруг танцевали пары молодых леди и джентльменов: кто-то был постарше Эньи, а кто-то и ровесник. Только сейчас она вспомнила, что совсем ничего не приготовила в качестве подарка.

Однако Девон об этом позаботился, когда они предстали перед мачехой, отцом и Сюзет.

Энья присела в реверансе и попыталась поймать взгляд отца, но он лишь криво улыбнулся и поспешил отвести глаза. На его лице прибавилось морщин, словно он съел кислый лимон. Энья осознала, что отец не расскажет ей правду и до конца дней будет испытывать муки совести и вины перед дочерью, чью мать он одурманил и не сберёг.

«Что ж, отец. Это твой выбор…»

Её глаза были красноречивее слов. Сухо поприветствовав герцога, барон ретировался, оставив жену в недоумении, ведь это было неслыханной дерзостью. Но Девон словно этого и не заметил. Он улыбался, глядя на маленькую Сюзет и леди Колет.

– Приветствую вас, баронесса Раунинг, – он склонил голову. – Леди Сюзет, поздравляю вас с днём рождения и вручаю то, без чего не сможет обойтись ни одна юная леди.

Он протянул ей бархатную коробку в виде сердца. Сюзет с жадностью вцепилась в неё пальчиками, но герцог не торопился отпустить подарок.

– Его лично выбирала ваша сестра.

Энья поймала взгляд Девона и, улыбнувшись, кивнула, хотя палец о палец не ударила бы ради Сюзет.

Мать и дочь раскрыли коробочку и одновременно издали восторженный стон. На атласной подушечке лежало дивное колье из розовых драгоценных камней. К нему прилагались серьги, браслет и кольцо.

– О Небеса! – едва не запищала Сюзет, попытавшись отцепить колье от подушечки, но леди Колет шлёпнула её по ладони.

– Осторожно, дорогая, на тебе уже есть украшения. Это мы оставим на потом. Благодарю вас, герцог, у вас превосходный вкус. Повезёт же той, которая станет вашей женой, – заворковала Колет, взяв его за руку и придвинувшись, дабы герцогу было удобнее разглядеть вырез её лифа.

– Так оно и будет. А теперь позвольте пригласить вас на танец.

– Почту за честь. Сюзет, дорогая, введи свою сестру в круг достойнейших из твоих друзей. Нашей дикарке стоит обзавестись полезными знакомствами. Не правда ли, герцог?

Девону с трудом удалось сдержать насмешливую улыбку. Он бросил взгляд на Энью, но та была само спокойствие. Странное поведение подопечной тревожило герцога, но Энья так и не вернулась к теме их разговора.

Танцуя с леди Колет и слушая её болтовню вполуха, он внимательно следил за Эньей.

Вот её пригласил на танец высокий десятилетний мальчик со светлыми кудрями. Затем Сюзет предложила ей сока, даже не разбрызгав на платье, – видимо, посчитав его не таким красивым, как своё, чтобы портить. Энья вежливо всем улыбалась, делала реверансы, молча слушала или старалась поддержать беседу. Но всё чаще Девон замечал её вымученную улыбку и тоску в потухших глазах. Этот бал был ей совершенно неинтересен. Она бросала взгляды на стоящего у фонтана отца, но он ни разу к ней не подошёл.

«Мерзавец, у тебя нет сердца… Как ты можешь так поступать с собственной дочерью?» – негодовал Девон, пока не прекратил танец и не увёл леди Колет к группе взрослых, чьи отпрыски упражнялись в подражании им же. Маленькие жеманницы и франты, распушившие свои пёрышки. Чему могла научиться Энья, общаясь с такими детьми? Явно не скромности.

Но долго это не продолжалось. Энья подошла к отцу, что-то ему сказала, отчего барон посинел. Его лицо стало маской умирающего, и этого не могла не заметить леди Колет. Недобро сузив глаза, она улыбнулась гостям и, извинившись, отошла к супругу.

«Что задумала моя маленькая искательница приключений?» – недоумевал герцог.

Леди Колет протянула мужу бокал с холодной водой и удалилась вслед за Эньей.

– Герцог Девон, расскажите, пожалуйста, моим подругам о том, где вы купили парюру из розовых камней, – попросила Сюзет, когда герцога оккупировала стайка девиц с веерами и в пышных платьицах.

Леди Колет и Эньи уже не было в зале, а разметать барышень, словно осеннюю листву, герцог не мог: к их разговору прислушивались почтенные матроны.

Леди Колет прикрыла двери в зал, чтобы ей не помешали, и подошла к стоящей у перил девочке. За спиной, среди складок юбки, леди держала то, что должно было покончить с её проблемой раз и навсегда.