— Еще эль и пирог, — Йенс сам себе заказал еду.

Ждали мы недолго. Вскоре девушка расставила на нашем столе тарелки с едой. Несмотря на скудное убранство таверны, от блюд шел просто божественный аромат. Я уже собралась снять перчатки, когда незнакомая девушка опустилась на скамью напротив.

— Ты так и не вспомнила меня? — голос ее дрогнул.

Я замерла, затем нахмурилась. Девушка, как и я ее, изучала меня. Пауза затянулась.

— Прости, — наконец пожала я плечами. — Видимо, долгие и плохие дороги дурно влияют на память.

Но девушка не оставила нас и после этого.

— Меня зовут Лейла. Мы росли с тобой в одной деревне. Ты уехала десять лет назад, после… — она запнулась. — Ну, после того пожара. Не думали мы тогда, что ты навсегда покинешь Этерион.

Я медленно потянулась за кружкой. Нужно было чем-то запить, чтобы переварить услышанную информацию. Но и назвавшаяся Лейлой девушка не стала продолжать дальше, что означало, что было еще что-то, но пока она умалчивала об этом.

— Интересно. А я думала, что моя родина — Северные Долины, — назвала я услышанное от девочек название местности.

Лейла резко вдохнула.

— Ты что, совсем ничего не помнишь? Ни реку за мельницей, ни старый дуб, где мы…

— Нет, — резко прервала я Лейлу и отпила из кружки, не отводя от девушки взгляда. — Но если ты хочешь поговорить и вспомнить былое, то можешь разделить с нами ужин или просто посидеть за нашим столом, — предложила я, понимая, что от нее не отделаться. — Только не жди ностальгических бесед.

Йенс тихо ухнул, будто поддерживая меня. Он, наконец-то, слез с моего плеча и начал клевать хлеб, как-то странно поглядывая в сторону кружки с элем. Лейла смотрела на меня со смесью боли и гнева.

— А ты изменилась, — выдала она чуть погодя. — Сильно.

— Все меняются, Лейла, — подвинула я тарелку с мясом к себе и взялась за столовые приборы. — Или забывают. Жизнь идет вперед. Зачем хранить в памяти плохие воспоминания? Теперь у меня другая жизнь. Я еду в дом графа Кэмбелл. К тому же, ты тоже оказалась далековато от дома.

Я смотрела карты. Хотела убедиться, далеко ли до поместья графа. Упомянутый девушкой городишко находился чуть ли не на краю карты.

Лейла что-то хотела сказать, но передумала и вдруг подалась вперед. Скамья под ней отодвинулась с резким скрипом, привлекая внимание остальных посетителей таверны.

— Возьми меня с собой, Оливия! Уверена, в доме графа найдется место для еще одной служанки! — с жаром проговорила она, оглядываясь, словно ее могли услышать. — Ты стала такой, такой… — девушка никак не могла подобрать слов.

Я едва не пролила напиток. Поставила кружку на стол от греха подальше и взглянула в глаза Лейле.

— Прости, но как ты себе это представляешь? Я не леди, чтобы заявиться в дом графа со своей служанкой. Я еду туда работать.

После мы обе замерли, глядя друг другу в глаза. Я жалела лишь об одном, что из-за разговоров мясо, скорее всего, давно уже остыло. Наши переглядывания прервал кучер, так вовремя подошедший к столику.

— Леди Саттон, я буду ждать вас на улице, — сообщил он мне. — Не задерживайтесь. Дорога дальняя, нужно успеть доехать до поместья до полной темноты.

Я кивнула ему, после чего мужчина ушел. Лейла все еще продолжала смотреть на меня.

— Не смотри на меня так, — принялась я резать мясо на порционные кусочки. — Могу пообещать тебе только то, что расспрошу экономку. Узнаю, нужны ли им служанки в доме графа. После пошлю тебе записку.

Дальше я занялась мясом, которое на удивление оказалось не только вкусным, но и нежным. Лейла посидела за столом еще некоторое время, затем оставила нас после окрика хозяина таверны. Я смогла спокойно пообедать, пока Йенс клевал хлеб и все время пытался заглянуть в кружку.

— Ты же птица, тебе нельзя такое! — возмутилась я, отодвигая лакомый напиток для совы на другую сторону стола. — Я попрошу для тебя воды.

— У каждого свои слабости, — проворчал он, нахохлившись.

Я быстро доела, и мы вышли из таверны.

— Оливия, постой! — услышала я голос Лейлы, когда уже подняла ногу, чтобы забраться в карету. — Это вам в дорогу, — сунула она мне в руки что-то, завернутое в чистую тряпицу.

— Зря ты ей пообещала, — проворчал Йенс, когда мы тряслись в карете в сторону поместья графа Кэмбелла.

Я не нашла что ответить фамильяру. Тряска и сытный обед тянули меня в сон, и я прикрыла глаза, чтобы избежать дальнейшего бухтения Йенса.

Я резко проснулась от того, словно меня тянуло в сторону. Карета подпрыгивала на ухабах, скрипя колесами, а моя голова неприятно стукнулась о деревянную стену.

— Черт, — недовольно прошептала я, потирая висок.