Растерянно смотрю на расплывающиеся перед глазами строки. Сама по себе подпись Адама — чёткая, ровная, с лёгким нажимом в первом штрихе. Уверенная. Мужская. Как и его почерк, где каждая буква написана будто под линейку, а каждое слово имеет вес.

Задумавшись, веду пальцем по завитку на букве «Б» — заглавной букве его фамилии. Фамилии, которая могла бы быть моей, если бы я вышла за Байсарова старшего. Ну, не бред ли, что я опять об этом вспоминаю? Недовольная собой, касаюсь точки, которую Байсаров младший аккуратно поставил после инициалов, а думаю о том, как важно вовремя расставлять точки и в жизни.

Пересилив себя, сосредоточиваюсь на экране компьютера. Сверяю пункты, выписываю нестыковки. Вроде бы уже снова в ритме. В голове тихо. И тут в почте — всплывающее окно. В глаза бросается имя — Байсаров Адам Вахидович. Зачем он пишет мне? Внутри поднимается паническая волна, и так же уходит, когда я замечаю, что свое письмо Адам адресовал Гене, а уже тот отписал на меня задачу.

Тру глаза. Так-так… Читаю.

«Нужно обобщение по ситуации с арендаторами до 18:00. Без воды. Риски — отдельным пунктом».

Письмо пересылается мне Геннадием Ивановичем через минуту. Короткое сопровождение: «Справишься?».

Я киваю в пустоту. Хотя он этого не видит. Открываю письмо снова. Перечитываю. Не потому что не поняла. А потому что не могу не перечитать. Как он сформулировал, а? Вроде бы он про отчет, да? Но кажется, что немного и о своих принципах по жизни.

Отложив мышку, смотрю в окно. Небо синее, как эмаль. Воздух дрожит над портовыми кранами. А у меня в груди — какое-то странное ощущение. То ли слишком пусто. То ли слишком тесно. Что за фигня? Не пойму… В попытке успокоиться быстро набрасываю отчет. Проверяю раз пять, прежде чем отправить его Адаму.

«С уважением,

Лейла Саттарова.

Юрист ООО…»

Жму на «отправить» и тут же переключаюсь на другие задачи, чтобы не профукать остатки рабочего дня на никому не нужные страхи. Да так погружаюсь в свою рутину, что вздрагиваю, когда из своего кабинета выскакивает Геннадий Иванович.

— Ну, что, Саттарова? Подготовила, что я тебя просил?

— Так сразу же, Геннадий Иванович, — улыбаюсь я. — Уже и отправила.

— Кому? — сощуривается Новиков.

— Так Адаму Вахидовичу.

Головы всех присутствующих в кабинете — а это еще пять человек, поворачиваются в мою сторону.

— Ч-что? — сглатываю я. — Не надо было? Я думала, дело срочное.

— Правильно думала. Но для начала ты должна была отправить отчет на проверку своему непосредственному руководителю, а не прыгать выше головы!

— Ясно. Я не знала.

К чести Новикова, тот сильно не орет. Только глаза закатывает на мою дремучесть. И велит в следующий раз думать головой, а не тем, чем там я думала, когда делала то, что делала.

— Дай хоть почитаю твою писанину. Нет, она меня даже в копию не поставила! — сокрушается шеф, покачивая головой. Васька округляет глаза. Мол, ты че, совсем? Вадик крутит пальцем у виска. Мария Георгиевна бесшумно произносит: «хоть бы у нас спросила».

И, конечно же, все они правы. Я поспешила, я… Не подумала. Точнее, подумала, но не о том. А-а-а, вот Адам удивится, когда получит письмо от Лейлы Саттаровой. Юриста, мать его так… Вот уж действительно — прыгнула выше головы. Лучше не скажешь. И это в начале третьей недели работы. Еще бы владельцу порта написала. Идиотка! Слишком привыкла работать на себя. Забыла, что в больших корпорациях так не делается. Что тут другие обычаи и порядки. Дурочка.

После такого какая уж работа? Ерзаю на стуле, вздыхаю… Отбрехиваюсь от вялых замечаний коллег.

— Ты если чего не знаешь — спроси, — рекомендует мне самая опытная в нашем отделе юристка — та самая Мария Георгиевна. Я киваю. На душе погано. Взгляд то и дело останавливается на часах. Поэтому я точно знаю, что до конца рабочего времени остается ровно четыре минуты, когда на мое письмо приходит ответ. Я готова к чему угодно, что там будет написано. Будь то подколы — «не знал, что ты подменяешь Новикова». Или что-то в этом же духе. Но почему-то сухое, но вполне доброжелательное «Спасибо» выбивает меня из колеи окончательно.

Боже, да что со мной?! Ну и денек!

Надо ли на такое отвечать «пожалуйста»? Да нет! Бред. Зачем засорять человеку почту? Вдруг из-за моего письма он потеряет какое-то важное сообщение? Вот если бы можно было поставить лайк — этого было бы вполне достаточно. Но в почте нет такой опции. И, в конце концов, я решаю ничего не предпринимать. А там и рабочий день заканчивается.

Если с утра у меня никаких проблем с опозданиями нет, то вечером я едва успеваю в сад до его закрытия. Вот и в этот раз мчу туда, словно бегу марафон. Залетаю в группу одной из последних. На звук захлопнувшейся двери выходит молоденькая воспитательница.

— Здравствуйте. Я за Камилой.

— А ее уже забрали.

— К-кто забрал? Это невозможно. Я ни на кого другого не выписывала доверенности.