Прячу взгляд, и спешу спрятаться в коридор, пока он не увидел, что я веду себя как идиотка. Сама не понимаю, что со мной?

Должно быть дело в том, что при всей своей грубости и непроходимой наглости, Артур окружил меня ощущением какой-то нужности. Ценности, что ли.

А тут «проваливай».

Обуваюсь, шумно всхлипывая. И уже хватаюсь за ручку двери.

— Ты ничего не забыла? — вдруг звучит холодный голос Артура у меня за спиной, вынуждая меня подскочить от неожиданности.

Даже не оборачиваясь, чтобы он не увидел моих дурацких слез, осматриваю себя:

— Н-нет, вроде в-все забрала, — мямлю я.

— Борщ, Лера, — приказывает он. — Я голоден. Приготовь мне обед, тогда и проваливай к своему долбоебу.

Непонимающе оборачиваюсь к Артуру. Но он не дожидаясь моего ответа уходит из коридора и судя по звукам снова принимается молотить бедный маникен.

Опускаюсь на банкетку и просто реву от какого-то неуместного облегчения. Мне отчего-то дико стыдно перед Артуром. Хочется спросить, что я сделала не так, чем не угодила, но я просто не решусь задать прямой вопрос.

Собираю силы в кулак и перестаю выть. Разуваюсь и на цыпочках, как мышка пробираюсь мимо Артура на кухню.

Впервые за все время нашего знакомства мне почему-то очень хочется постараться для него. Может если ему понравится обед, то он перестанет злиться?

И почему мне стало до этого дело?

Достаю из холодильника мясо, мою, крупно режу и ставлю воду для бульона на огонь.

Бросаю взгляд на Артура. Он просто весь мокрый от пота, но кажется не намерен заканчивать.

Может принести ему воды? Блин. Он так зол, что я сейчас боюсь и дышать рядом с ним.

Отворачиваюсь. Нахожу в ящиках овощи, и принимаюсь все чистить.

Однако взгляд то и дело прилипает к влажной мужской спине.

Он еще не устал?

Будто услышав мой вопрос, он наконец тормозит. Проводит пятерней по влажным волосам, и вдруг поворачивается ко мне.

Дышит тяжело, скользя по мне темным взглядом.

На всякий случай разгибаюсь от мусорного ведра, над которым чистила овощи.

Боюсь и слово сказать. А он просто молча смотрит.

Я опять что-то делаю не так? Может слишком шумлю? Или…

— Воды мне принеси, — приказывает Артур, наконец нарушая неловкое молчание.

Спешу ополоснуть руки и налить из фильтра воды в стакан. Семеню босыми ногами по деревянному полу к Артуру и замираю метрах в двух. Просто боюсь почему-то подойти ближе. Отчего-то то, как он выглядит сейчас вызывает у меня какие-то нежелательные ощущения в теле. Мне страшно, но вовсе не так, как раньше рядом с ним.

Артур сокращает оставшуюся между нами дистанцию. Забирает стакан из моих рук и жадно пьет. А я тем временем замечаю рядом с манекеном наполовину полную бутылку. Странно, он о ней забыл?

Артур протягивает мне стакан:

— Ты воняешь луком, — морщится он.

Обидно вообще-то.

— А вы пОтом! — фыркаю я, забираю стакан и возвращаюсь в кухню.

Вот же гад! А я тут исстрадалась вся, как мне перед ним стыдно и неловко за все. Да этому человеку незнакомо даже слово «совесть». Хамло!

Нахожу терку и принимаюсь натирать все начищенные овощи, теперь привычно желая как можно скорее свалить из этого чертового дома. И зачем только тормозила? Надо было валить, пока он не остановил меня и все тут!

— Если бы я уже не узнал тебя достаточно, — его голос неожиданно слишком близко, — решил бы, что ты со мной заигрываешь.

— Когда это? — фыркаю я, бросая на него короткий взгляд через плечо.

Артур стоит в проеме кухни, подпирая стену своим огромным плечом:

— Ты хоть погуглила, сколько стоит это платье?

— Зачем мне это? — пожимаю плечами, доедая кусочек недотертой морковки и беру в руку свеклу.

На мою голову вдруг налезает петля от фартука:

— Маурицио Гуччи бы в гробу перевернулся, узнай, что некая Лерочка готовит в его платье обычный русский борщ, — усмехается Артур и мне становится немного легче на душе.

Будто этот холодный мужчина снова оттаивает. Будто не ненавидит меня, как мне показалось ранее.

Резко выдыхаю, когда он довольно грубо затягивает на моей талии фартук. Упираюсь свекольными руками в белый шкафчик над головой.

— Ты мне уже весь дом провоняла, — рычит он.

— Ой, я сейчас включу вытяжку! — спохватываюсь я, только сейчас осознавая, какую глупость совершила. Так вот почему он так смотрел? Ну и сказал бы сразу…

Тянусь к вытяжке, но Артур ловит мои запястья, прижимая обратно к измазанному шкафчику и вдруг припирает меня своими бедрами к столешнице.

Дышу отрывисто, ощущая себя загнанной в клетку. Потому что отчетливо чувствую, как огромный член Артура упирается мне в зад.

Ого… Он все еще хочет меня? Даже когда я косячу? Когда провоняла весь его дом зажаркой? Когда сам только что собирался меня выставить?

Он утыкается носом в мои волосы: