— К-куда? — выдавливаю я, заглядывая в черные глаза.

Артур подхватывает прядь моих растрепанных волос и заправляет ее мне за ухо:

— Хочешь ко мне?

— Н-нет, пожалуйста, — шепчу в ужасе.

Я благодарна ему за помощь. Но его я боюсь никак не меньше, чем своего поехавшего мужа.

— Тогда сниму тебе хату, — кажется он недоволен.

— Н-не нужно.

— Отель? — не отстает он.

— Нет-нет. Подвезете меня к подруге? — придумываю на ходу.

— Если тебе нужно с кем-то поговорить, могу тебе психолога какого-нибудь пригнать? — ощущение, что он решительно настроен держать меня неподалеку от себя.

— С подругой будет привычнее, — вежливо отказываюсь, а саму трясет всю от разрывающих изнутри переживаний.

— Ладно, — соглашается он. — Иди собирайся, я жду тебя. Отвезу куда скажешь.

— Спасибо, — бездумно хватаю его за руку, сжимаю ослабевшими пальцами его огромную ладонь. — Спасибо вам огромное, Артур.

Он перехватывает мои пальцы так, что обе мои руки оказываются в его плену. Второй рукой ловит меня за талию и притягивает к себе:

— Я ведь уже говорил, зай. Тебе не за что меня благодарить, — смотрит на мои губы. — Потому что я благотворительностью не занимаюсь. Я возьму с тебя сполна. Но чуть позже.

— Вы же помните, что мне нельзя… с-секс… — припоминаю на всякий случай, надеясь свалить от него подальше, как только появится такая возможность.

— Это пока, — ухмыляется гад. — Ты себе представить не можешь, каким я могу быть терпеливым, когда речь идет о том, что я хочу. Правда женщин мне еще так долго ждать не приходилось. Но от того даже интереснее, — его темные глаза будто насквозь меня прожигают.

Ощущение, что если он продолжит вот так смотреть на меня, то поймет, что я соврала ему.

— Мне нужно с-собраться! — пищу я и спешу спрятаться в спальне.

Боже, да за что мне все это?!

Муж-изменщик! И от него спасти сейчас способен только какой-то одержимый мною маньяк!

Заталкиваю свои шмотки в те же фирменные пакеты, что мне принес Артур. Чемоданов у меня все равно нет, мы со Славой никуда не ездим. Хотя он обещал, что поедем на море, когда я помогу ему с долгами. Мы оба никогда там не были.

Теперь думаю обо всех его «непредвиденных деловых поездках» и понимаю, что он-то как раз на море вполне успешно ездил. Только не со мной…

Давлюсь от слез, набивая очередной пакет всякими тряпками без разбору. Хватаю из тумбочки паспорт. Зарядку на свой телефон.

Голова совсем не соображает. Не могу понять, что еще нужно брать, когда уходишь из дома. Я никогда раньше подобного не делала. Да еще и температура дает о себе знать.

Таблетки, точно!

Закончив собираться в спальне, направляюсь в кухню, чтобы собрать свои лекарства — они все же денег стоят, а у меня сейчас и так ни гроша. В удивлении замираю на входе в кухню.

Артур, со скучающим видом подперев локтем холодильник, смотрит на микроволновку, в которой явно что-то разогревается.

На плите кастрюля с борщом, который я, превозмогая температуру, приготовила всего-то несколько часов назад для «любимого».

А потом мне пришло то злополучное сообщение…

Кто бы мог подумать, еще менее суток назад я жила в счастливом неведении. Готовила борщ для мужа. Несмотря на то, что самой кусок в горло не лез. Славика ведь не могла голодного оставить. А он чтобы сам приготовил — так не мужское ведь дело!

В растерянности оборачиваюсь на спальню. Там до сих пор мой ноутбук на кровати лежит. Потому что даже лежа в кровати с температурой я пыталась придумать как вытащить своего мужа из долговой ямы. А он тем временем развлекался с какой-то потаскухой.

В груди болезненно ноет. Боюсь снова разрыдаться при своем незваном спасителе.

— Какого черта вы тут делаете? — цежу я.

Артур бросает на меня взгляд, напоминающий мне о том, что нужно фильтровать свои выражения, даже если мне очень плохо.

— Я им-мею в виду, зачем вам микроволновка? — стараюсь звучать вежливо, чтобы меня снова не пытались «наказывать».

— Обычно ее используют, чтобы еду греть.

— И зачем вам моя еда?

— Ну ты ведь мою съела, — пожимает плечами, будто это я виновата, что он меня силком есть заставил у себя дома. — А я голодный остался из-за ваших разборок семейных, — он достает тарелку из микроволновки и усаживается с ней за стол. Поднимает на меня взгляд: — Хлеб есть?

Киваю.

— Поухаживаешь за гостем? — его интонация явно не подразумевает вопрос. — Сто лет домашнего борща не ел. И ложку дай.

Бросаюсь выполнять его приказы, не имея ни малейшего желания уже с кем-либо спорить. Быстрей поесть — быстрее уйдем отсюда, а значит от всех этих раздражающих мужиков уже избавлюсь!