Бля, как она смотрит на меня своими глазами невинными, будто совершенно не понимает, о чем речь.

— И почему вы не спали? — хлоп-хлоп ресничками, подтверждая мои мысли.

— Не знаешь?

— М-м, — качает головой.

Ловлю ее ручку и прижимаю тонкие пальчики к своему уже привычно стоящему в ее присутствии члену.

— Ой, мамочки!

— Потому что одна мелкая мерзавка, — рычу ей в губы, сильнее сжимая ее ладонью свой хер, — предпочитает обнажаться прямо перед не занавешенным окном, возбуждая своим видом мужиков всего района!

У нее даже ротик приоткрывается от шока, привлекая мой голодный взгляд.

— П-первый этаж… — ее будто только сейчас осенило.

— Мгм, — киваю, не спеша выпускать ее руку. Она такая теплая, что я и через брюки это чувствую. Хочу засунуть ее себе в трусы и посмотреть за реакцией упрямицы.

— В-вы… видели меня?

— О да, — ухмыляюсь.

Член вздрагивает в ее ручке, напоминая о себе.

— О боже! Да пустите вы меня!

— Нет, — сжимаю ее руку сильнее, наслаждаясь ее покрасневшим от смущения лицом.

— Я не стану на вас работать если вы продолжите вести себя подобным образом! — ну вот, опять училку включила.

Прикольная.

— А какой у меня по-твоему образ?

— Дикий! — цедит мне в лицо. — Невоспитанный! Животный!

— Столько комплиментов за раз мне еще ни одна женщина не делала, — веду ее ручку по своему стволу, желая запомнить прикосновение ее нежных пальчиков.

— Оставьте меня сейчас же! — дергается. — И это вовсе не комплимент!

— Хочешь, чтобы отпустил, поцелуй.

— Кого? — пугается.

Ухмыляюсь:

— Ну хочешь, его, — бросаю короткий взгляд на наши руки, сжимающие мой член. — Я бы с удовольствием посмотрел, как твои пухлые губки обхватывают мою головку.

— Да вы… — заикается от возмущения, — просто…

— Не хочешь? — пожимаю плечами. — Тогда меня.

— Вы же уже и так поцеловали, — пытается протестовать. — Мало что ли?

— Мало. Пиздец как мало. Ты хоть понимаешь, какие скидки я тебе опять делаю? Я тебя ебать хочу. Хочу прямо щас тебя загнуть раком на этом ебаном подоконнике и оттрахать. В рот тебе хочу спустить. Хочу смотреть, как ты глотаешь мою сперму. Хочу, чтобы ты прыгала на мне и твои волосы подскакивали с тобой в такт. Хочу попробовать твою киску на вкус. Хочу прямо сейчас твою руку себе в брюки засунуть, чтобы ты мне дрочила, а не вот этот детский сад. Но прошу только поцелуй. Что выбираешь?

Сам не понимаю, нахуя мне ее поцелуи. Ведь они никак не удовлетворяют моих потребностей. Наоборот только усугубляют все, распаляя с каждым новым разом. Но я почему-то до адской ломоты в теле хочу, чтобы она меня целовала.

— Да вы просто псих! — всхлипываю я. — С чего вы взяли, что можете вот так принуждать людей делать то, что вам хочется?!

— Потому что могу, — холодно отвечает он.

— Нет! Не можете! Я свободный человек. И у меня есть право выбора.

— Все верно. Я и предложил тебе выбор.

Меня прямо злость разбирает! Да он же каждое мое слова перекручивает!

— А знаете что?! Я передумала! Не хочу на вас работать! Не буду! Уж лучше пойду полы мыть, да все что угодно, но только не к вам! Я ведь заранее предупреждала, чтобы никаких приставаний!

— Ладно тебе, не кипятись, огонек, — он наконец отпускает мою руку, позволяя убрать ее от своего паха. Но все еще прижимает меня своим телом к окну. Проводит пальцем по моему лбу: — У тебя аж венки на висках надулись от напряжения. А док велел тебе не нервничать.

— Да с вами только и не нервничать!

— Ч-ч, — он осторожно убирает волосы с моего лица. — Поцелуй в щеку, и я уйду.

Ого. Чего бы это такая царская «скидка»? Всего лишь в щеку?

— Ч-честно?

— Мгм, — кивает.

Черт с ним! Все равно ведь не отвяжется иначе!

Тянусь к его щетинистой щеке, и он ожидаемо поворачивается и ловит мои губы своими. Блин, я ведь так и знала…

Поддаюсь ему. Сама не знаю почему. Поцелуи этого варвара становятся для меня какими-то привычными. И вовсе не страшными.

А еще в этот раз он удивительно осторожен. Обычно набрасывается как зверье. А тут как-то неторопливо смакует мои губы, будто хочет показать мне, что может быть не таким уж и диким.

Однако дело ведь не в том «как». А в том, что, если женщина отказывает, а мужчина прет напролом, это по меньшей мере некультурно. У него совершенно нет тормозов. Он как избалованный ребенок, который захотел игрушку. Только если ребенка можно попытаться наказать за капризы, то этот двухметровый стокилограммовый небритый «ребенок» еще и сам наказывает окружающих за любую свою прихоть.

Отталкиваю дикаря, и с удивлением отмечаю, что он поддается.