Блядь. Не надо было ее отпускать. У меня яйца ноют, сука!

Потираю ладонью член через брюки. И Лерочка принимается очень услужливо стягивать с себя спортивные штаны, которые я ей с трудом подарил. Распускает волосы.

Ебааать… какая красота.

Сними маечку, зайка. Порадуй папочку…

Лера будто мыслям моим подчиняется, стягивает через голову мою футболку.

Озираюсь по сторонам, убеждаясь, что кроме меня ее никто не видит. Меня от одной только мысли коробит, что кто-то еще станет на нее вот так пялиться.

Бесстыжая девчонка. Совсем головой не думает, перед окном раздеваться. А если бы на моем месте кто-то другой был? Хотя… пожалуй, я — худший из вариантов.

Поспешно расстегиваю брюки и вываливаю ноющий от напряжения член. Ох, сейчас бы потереться стволом между этих симпатичных сисек. И я все еще не отпустил идею опробовать ее дерзкий ротик своим членом.

Ускоряю движение рукой. Я блядь из-за этой сучки всю ночь со стояком проходил. Так что пусть полезна будет хотя бы в качестве картинки.

Лера берет в руки какую-то стремную ночнушку и принимается ее натягивать на голову. К моему удовольствию ее спутанные волосы цепляются за пуговки, и Лерочка принимается возиться с ними, оставляя мне больше времени для маневра.

— Я тебя так ебать буду, малышка моя сладкая, — рычу я, слегка подаваясь бедрами навстречу своей руке. — Прямо на этом сиденье выебу. Клянусь. И на капоте. Я тебя всю своей спермой нашпигую. Все твои дырочки. И ты еще добавки просить будешь. Агрх… — запрокидываю голову назад, выстреливая спермой прямо на сиденье.

Блядь… если я просто глядя на нее так ярко кончаю. То, что будет, когда я наконец доберусь до ее тела?

— Вот же скотина! — восклицает подруга, выслушав мою утреннюю исповедь.

Мне повезло, что ранним утром она приняла меня и уложила спать без лишних расспросов. Теперь я наконец прорыдалась, поспала и готова думать, как жить дальше. Вернее, не готова, голова трещит, да и не могу сказать, что я прям выспалась, но других вариантов у меня нет — надо что-то решать.

— И как дальше жить собираешься? — будто мои мысли озвучивает Зойка.

— Припеваючи, — фыркаю я, надеясь снова не разрыдаться. — Я уже позвонила нескольким риелторам, попросила подыскать варианты квартир простеньких. Договорились к вечеру на просмотр. Думаю, что-то выберу.

— Да ты бы не спешила, можешь и у меня остаться пока.

— Не, Зой. Мама твоя утром на цыпочках в кухне вокруг меня собиралась. Не хочу вас стеснять. Мне и без того стыдно, что я вот так завалилась среди ночи, переполох устроила.

— Глупости не городи! Ежели форс-мажор, так глупо было бы стеснятся, правильно? — она тяжело вздыхает. — Ты ведь меня тоже пустила к себе, когда меня Витя бросил, помнишь?

— Такое забудешь. Ты выла три дня без остановки. Я боялась, что ты от обезвоживания помрешь из-за своих слез.

— И ничего же, выкарабкалась, правильно? — она приободряющее похлопывает меня по плечу. — Значит и ты справишься.

— Вот и расскажи мне, подруга, как ты тогда справилась? — всхлипываю я в отчаянии. — Как перестать думать? Как перестать винить себя в случившемся?!

— А за что это ты винишь себя?

— Ну может я недостаточно хороша для него была? Скучная. Домашняя. Серая мышь…

— Так, тормози, дорогая моя. Не то ты сейчас в такие дебри уползешь, что тоже обезвоживание грозить начнет, — Зоя вся подбирается: — Значит так! Тебе нужен мужик!

— О, не-не-не! — я даже всхлипывать перестаю. — Спасибо, этого счастья мне больше не надо. Еще одного козла я не выдержу!

— А не надо одного, надо много! — усмехается подруга.

— Это еще что значит?

— То и значит, чтобы чувство вины твое неуместное развеялось ты должна понять, что не так уж и плоха, и вполне еще нравишься мужчинам.

— Не хочу я никому нравится, Зой! — злюсь я. — Эти мужики мне поперек горла! Не хочу никого!

— Ладно, ладно. Тогда для самой себя, Лерок. Приведи себя в порядок. Посмотри на кого ты похожа?

— Я болела вообще-то, — хнычу я.

Нужно отдать должное врачу, которого мне вызывал Артур. И которого я даже не успела поблагодарить, потому что элементарно не видела. Но он походу вколол мне что-то, от чего мне наконец начало легчать. Ну или организм на стрессе и сам забыл, что он вообще-то еще и болеет.

— Ладно, болела-не болела, а помыться и причесаться тебе явно не помешает.

— Согласна, — киваю.

— Всю одежду свою давай, в стирку закину. И щас тебе из своего гардероба что-то подберу, — она оглядывает меня с головы до ног. — Ты что же вообще с пустыми руками из дома ушла? Как так, Лер?