Лисса, честно глядя в глаза супругу, закивала. На кончиках пальцев закололо целительской магией, но девушка сдержала себя и не потянулась к мужчине с помощью. Вместо этого сочувственно зацокала и предложила приложить лёд. Не дожидаясь ответа, она сама бросилась вызывать слугу, выбегая с балкона, и не видела, что Эрик, даже несмотря на травму, пялится на голые ноги супруги. Потом он словно опомнился и в два шага догнал её, как хищник, который настигает свою добычу.

— Куда вы голая собрались?

Лиссандра окинула себя взглядом, разом оценив свой вид и вспомнив, что нужно позаботиться о наличии минимального запаса вещей в покоях супруга, а то кое-кто любит портить её платья. Невозмутимо ответила:

— Никуда не собралась. Сейчас вызову свою служанку, а ещё лучше позову тётю. Она точно оценит причинённый вам ущерб и решит, стоит ли устранять или и так потерпите. Вы же воин, а не девица.

Эрик даже крякнул от подобной наглости, а потом вспомнил ведьму и решил, что лучше обойтись без неё. С той станется не помочь, а ещё что-нибудь ему добавить. Возможно, для симметрии. Чувствовал он, что Ведана не в восторге, что её любимицу насильно выдали замуж. 

— Обойдусь без леди Веданы, — процедил он и, отвернувшись от наглого Рыжего чудовища,  вышел вон из комнаты.

С его уходом из тела Лиссы словно кости вынули, и она осела на ослабших ногах на край кровати, склоняя голову на грудь. Рыжие волосы закрывали лицо, и за этим огненным водопадом никто бы не увидел, как от смеха подрагивают губы девушки. Эрик очень забавно злился на её слова. Лиссе нравилось дразнить его. Это добавляло какой-то пикантности в то мутное болото под названием «супружество с герцогом Гренстоном».

***

Лиссандра вызвала Стефу и, приведя себя в порядок с учётом того, что она теперь замужняя дама, отправилась разыскивать своего супруга. Благо найти его не составило труда. В торжественном зале гости собирались на завтрак к ещё одной новоиспечённой супружеской паре — Харольду и Альгии Вульфрикам.

Эрик нашёлся беседующим с отцом Лиссандры. Девушка подошла к мужчинам и присела в реверансе, ожидая, пока на неё обратят внимание. С приобретением статуса супруги герцога Гренстона в привычный уклад жизни Лиссы ворвались новые условности. Без супруга она не могла сесть за чужой стол, если он не дал на то разрешения словом или действием.

— Миледи Гренстон, — первым дочь увидел отец, слегка обозначив радость улыбкой на лице. — Замужество вам в пользу, моя дорогая. На ваших щёчках цветёт румянец.

Лиссандра поднялась из поклона, не дожидаясь, пока Эрик протянет ей руку. Делать это он намеренно не спешил. Все ещё злился за утренний инцидент. Девушка же имела куда большие претензии к обоим мужчинам. Они стояли в стороне ото всех, и она позволила себе вольность.

— Цветёт, отец, определённо. Меня просто лихорадит от открывающихся перспектив. Вы прекрасно устроили мою судьбу, одарив замечательным мужем. Таким заботливым и предупредительным, готовым заранее защищать свою любимую женщину от надвигающейся угрозы в лице одной особы с недобрым нравом.

— Лиссандра! — отец недовольно взглянул на дочь, которая прямо смотрела на него. — Где твои манеры?

Эрик, прищурившись, смотрел на супругу. Ему хватило выдержки не вступать в перепалку с девушкой. Он видел, что она готова идти в лоб, и зашёл с фланга, выбивая её из колеи.

— Ну, что вы, герцог Наурийский, должен отметить, что мне досталось в жены истинное сокровище. Тактична, мила, исключительно прекрасно умеет расположить к себе людей. Немного несдержанна, но это от неопытности. Зато метко бьёт не в бровь, а в глаз в случае опасности. Так что в нашем суровом крае сможет защититься даже от злобных кухту, если повстречается с ними на лесной тропе из Потумирья.

Мужчины с пониманием переглянулись. 

А Лисса бросила взгляд на лицо супруга, с досадой отмечая, что синяка-то нет. А так хотелось наподдать для симметрии. Видимо, герцог посетил замкового целителя или своих целителей, что сопровождали его армию.

Ответить на выпад герцога Лисса не смогла. Иначе это выглядело бы совсем неприлично, по-плебейски. Ведь скрытый смысл слов доходил в полной мере только до неё. Лиссандра в данной ситуации решила, что лучше всего улыбнуться, и сделала это максимально нейтрально, чтобы улыбка не была похожа на ехидный оскал.

Герцог отзеркалил улыбку жены и, подхватив её ладонь, поцеловал запястье, касаясь горячими губами. Лисса с трудом подавила желание вытереть место прикосновения его губ. Казалось, кожа там горела, пуская мелкие противные мурашки по рукам. Девушка успела представить, что вот так же он будет целовать свою ненаглядную за их совместным обедом, слегка прихватывая губами нежную кожу. А потом идти к ней в супружескую спальню исполнять долг.

«Ах, леди Клотильда, подождите меня в своей спальне. Я быстро отлюблю миледи Лиссандру. Сами понимаете — долг перед родом. И тут же вернусь в ваши пылкие нежные объятия, свет моих очей.»