Она тяжко вздыхает и поправляет складки на платье. С возрастом она раздалась вширь и поправилась, но в отличие от других старушек, по-прежнему остается бойкой и проворной, не грузной.

– Как раз об этом я и хотела с вами поговорить, Зоя Елисеевна.

– Вы с Владом женаты почти тридцать лет, ты могла бы уже начать меня называть мамой. Думаю, заслужила, разве нет?

После семидесяти свекровь стала более капризной и обидчивой, и ее просьба меня удивляет. Раньше она о таком не просила. Наоборот, в первый же день моего знакомства с ней и ее мужем в качестве невесты Влада запретила мне обращаться к ней иначе, чем Зоя Елисеевна.

– Ладно, чего это я разворчалась. Ты, наверное, голодная, да и внук мой тоже. Что врачи говорят? Никаких патологий?

– Всё хорошо, – решаю я не говорить ей о том, что всё еще под вопросом.

Свекровь подзывает к себе Лилю, стоящую с испуганным выражением лица на пороге гостиной, и отправляет ее накрывать на стол в кухне. Я голодна, так что с удовольствием оттягиваю момент ИКС. А после ужина, когда мне начинает названивать Миша с просьбой дать им ключи от дачи, понимаю, что времени больше нет.

– Влад уже должен с работы освободиться, Варя. Поехали к вам, негоже жене не встречать мужа. Да и я подустала, хотела бы прилечь. И что у тебя с телефоном? Я весь день не могу до тебя дозвониться. Лиля, иди-ка сюда. Помоги нам разобраться.

Они звонят мне с телефона свекрови, но мой собственный молчит.

– Неужели глючит? – говорю я вслух и хмурюсь.

– Давай я посмотрю.

Дочка снова звонит, затем проверяет что-то и после минутной тишины кидает на меня странный взгляд, который мне не нравится. Она мнется, посматривает на бабушку и явно не хочет говорить, что узнала. Пока Зоя Елисеевна не прижимает ее в угол.

– Бабушкин номер заблокирован у тебя в телефоне, мам. Ты ведь не делала этого, верно?

Зоя Елисеевна смотрит на меня с прищуром, храбрится, но я вижу, как ей неприятно, что я могла заблокировать ее без объяснения причин. Меня же трясет от мысли, что я, кажется, знаю, кто это сделал. Влад. Больше некому.

– Нет, конечно, нет. Я никогда бы не стала так с вами поступать, – уверяю я свекровь и вздыхаю, чувствуя, что от важного разговора мне больше не увильнуть. – Наверное, это сделал Влад. Других идей, что случилось, у меня, если честно, нет.

Свекровь скептически поджимает губы, отчего уголки некрасиво опускаются, и вокруг рта углубляются морщинки. Она не верит, что ее сын способен выкинуть такой фортель. Если бы мне сказал о таком кто-то другой в прошлом, хоть месяц назад, я бы тоже не поверила. Всегда считала Влада честным человеком, который никогда не сделает подлости, но теперь мое мнение о нем кардинально поменялось.

– Мы с вашим сыном разводимся, Зоя Елисеевна, – говорю я медленно и глазами намекаю Лиле, чтобы принесла лекарства для бабушки.

Та сразу понимает меня без слов и быстро бежит за сумкой моей свекрови. Зная ее, она привезла с собой целый арсенал медикаментов, которые ей могут понадобиться. Уж за здоровьем она следит отлично и никогда не позволяет себе халатности.

– Разводитесь? – переспрашивает неверяще Зоя Елисеевна и откладывает телефон в сторону, моментально забывая о своей обиде за заблокированный номер.

– Да. Разводимся. Я уже подала заявление на развод, и мы с Владом разъехались.

Я не собираюсь скрывать от нее предательство мужа и то, как он поступил со мной и детьми, до чего опустился, но даю ей информацию дозированно, чтобы не спровоцировать резкий шок и приступ. Даю ей переварить то, что уже сказала ей.

– Но вам уже под пятьдесят, Владу и того больше. В таком возрасте уже не разводятся, Варя. Что за глупости? Неужели вы с Владом поругались, и ты решила его проучить? Так тебе уже не тридцать, ты должна понимать, что на Влада такие методы не действуют. Он с детства был у меня мальчик с характером.

Свекровь продолжает причитать, что так не делается, и что я совершаю глупость. Спрашивает, чем он меня так обидел, и обещает поговорить с ним, чтобы он извинился.

– Вы уже не молоды, Варя, у вас вообще скоро начнется вторая молодость. С младенцем-то не забалуешь. Ты ведь взрослая женщина, к своим годам должна понимать, что ребенку без отца будет худо. Мало того, что мама будет пенсионерка, когда он будет в школе учиться, так еще и безотцовщина.