— Нашла что вспомнить! — закатив глаза, пробубнила я. — Давайте вина, — бросила я оборотню, прежде чем тот скрылся за дверью. — Подумаешь, раз перепутала декоративный аквариум с бокалом. Имею право пить из чего хочу!

— Как ты его тогда назвала? — прищурилась подруга. — А-а-а, «величественный сосуд вдохновения»! — воскликнула улыбнувшись.

Вольд тем временем вернулся в гостиную с бокалами вина и тарелочкой каких-то бутербродов, поглядывая на нас с прищуром.

— Слушай, Фердинанд, а тебе не кажется, что эти книжные вампиры какие-то… ненастоящие? — подал голос оборотень. — Ни один не пожаловался, что забыл, где спрятал запас крови, или перепутал бокал с вином, и… ну, ты понял.

Федя с улыбкой посмотрел на оборотня:

— А ты, Вольдемар, всё по книгам судишь? В жизни всё куда интересней. Вот, например, я однажды случайно выпил хмельного мёда вместо крови — повар перепутал кувшины. А у вампиров реакция на этот напиток своеобразная… — уточнил он, заметив, как мы с Людой навострили уши. — Так я потом три часа ходил и улыбался всем подряд. Даже поварам комплимент сделал: мол, какие у вас чаны блестящие, прям как новые. Они до сих пор на меня косо смотрят.

Мы расхохотались.

— Люд, срочно ищем этот напиток! Я хочу на это посмотреть!

— Полностью солидарна! — поддержала она.

Вампир с ухмылкой покачал головой.

— Дамы, вы вроде что-то читали?

— А вы вроде поработать хотели, — передразнила я Федю.

— Кстати, — Людка отложила книгу. — Федичка, скажи, а это правда, что вампиры в зеркалах не отражаются?

— Правда ли это? — удивлённо переспросил он. — А почему мы не должны отражаться? Сейчас проверим.

Он встал, подошёл к зеркалу в резной раме, висевшему над камином, и театрально поклонился своему отражению. Потом подмигнул ему и вернулся в кресло.

— Отражаюсь. Но только если перед этим не пил хмельного мёда. А если пил — получается какое-то туманное пятно с улыбкой и глазами, светящимися, как два уголька. Очень загадочно, кстати. Подходит пугать неосторожных гостей.

— Ну вот, а у нас пишут, что вампиры не отражаются и боятся чеснока, — расстроенно проговорила подруга.

— Чеснока? Это что ещё такое? — спросил Фёдор, приподнимая бровь.

— Э-э-э… Это такая штучка острая, типа приправы к еде, очень пахучая, — ответила Люда, изображая пальцами что-то круглое и зубчатое.

— И почему мы должны его бояться?

— Ну… — Люда замялась, подбирая слова. — Говорят, он отпугивает вампиров. Его вешают у дверей, носят на шее в мешочке, натирают им косяки…

Фёдор расхохотался:

— Отпугивает? Меня? Да я даже не знаю, что это такое!

— Федя, а если кол осиновый в сердце вбить — умрёшь?

— Фаина, ты это всерьёз? — переспросил вампир, приподняв бровь и слегка откинувшись на спинку кресла. Его глаза весело блеснули. — А ты? Если тебе вбить?

— Ну… э-э-э… наверное, — я смущённо потупилась, чувствуя, как краснею. — Просто… ну, в книгах же пишут…

— В книгах! — Фёдор закатил глаза и махнул рукой. — Так, дамы, давайте выкладывайте, что ещё у вас там пишут. Будем сверяться.

— Вампиры сгорают на солнце, — начала Люда, загибая пальцы. — Спят в гробах, питаются кровью девственниц и…

— Боятся крестов и святой воды, — закончила я.

Фёдор скрестил руки на груди и улыбнулся.

— Сгорают на солнце? — Он картинно вытер выступившую от смеха слезу. — Да, солнце мне не особо нравится: слепит, сушит кожу, заставляет щуриться. Но сгореть? Я как-то раз забыл закрыть ставни перед рассветом и проспал до полудня прямо на подоконнике. Проснулся — слегка покраснел, как после долгой прогулки. Подошёл к зеркалу, а служанка уже стоит с кремом от ожогов и говорит: «Мастер, вы теперь похожи на спелый помидор!» Пришлось целый день сидеть в тени.

— Спят в гробах? — продолжил Фёдор, загибая второй палец. — Кто это придумал? У меня отличная кровать с балдахином, перина мягкая, подушки пушистые. А гроб… Я однажды попробовал вздремнуть в старом фамильном гробу — так там жёстко, пыльно и ужасно неудобно. Через пять минут вылез и велел отнести его в подвал — пусть там стоит для антуража.

— А кровь девственниц? — осторожно уточнила Люда.

— Зачем? — Фёдор снова закатил глаза. —Я, между прочим, придерживаюсь животной крови, а главное — никаких этических проблем!

— А кресты и святая вода? — напомнила я.

— Кресты? Вода? — вампир рассмеялся. — У меня тётушка носила крест на цепочке. Я как-то взял его поносить — просто потому, что он красиво смотрелся с плащом. Но он ужасно цеплялся за ткань, да ещё и весил как маленький якорь! Снял через час и отдал обратно со словами: «Тётушка, ваше украшение слишком могущественно для меня». А святую воду… Пил как-то по ошибке, — пожал плечами Фёдор.

— Значит, всё это — просто сказки? Вот и верь после этого книгам, — расстроенно проговорила я.