— Точно! — подхватила Люда. — И плед там лежит такой пушистый, в который можно закутаться целиком!

Вовка подскочил, изображая генерала:

— Внимание! Боевая задача: перенестись в гостиную с максимальной скоростью и минимальным шумом! Поехали!

Он сделал шаг вперёд, споткнулся о собственные ноги и едва не рухнул, успев в последний момент схватиться за стеллаж. Книги на верхней полке угрожающе зашатались.

— Ну вот, — вздохнул вампир, — а говорил: «С минимальным шумом».

— Это была тактическая задержка! — парировал оборотень, поправляя рубашку. — Чтобы вы не убежали без меня.

Мы рассмеялись. Фёдор аккуратно поправил пару книг, сдвинутых оборотнем, и мы направились к выходу.

Уютная гостиная была залита светом от цветов?

— Фаня… посмотри! — Люда аж подскочила на месте. — Они… они светятся!

Я, широко раскрыв глаза, подошла ближе, чуть не споткнувшись о стол.

— Вот те магия… — пропищала подруга. — Да это же… это же натуральные живые фонарики.

— Ну ни фига себе, живые светильники, — восхищённо проговорила я, осторожно наклоняясь к цветку. Он мягко мерцал золотистым светом, будто горел изнутри. — Счастье можно найти даже в тёмные времена, если не забывать обращаться к свету, — прошептала я, с пафосом копируя голос Дамблдора, и тут же хихикнула. — Магия, да и только.

Тем временем мужчины приступили к разжиганию камина, не переставая наблюдать за нами. Вампир опустился на колени перед очагом с непринуждённой грацией, ловко уложил поленья, добавив тонкие веточки и сухую траву.

— Всегда любил этот ритуал, — произнёс он мягким, чуть насмешливым голосом. — Огонь — он как живое существо, с ним нужно говорить на равных.

Вольд, присев рядом с Фердом, достал кремень и огниво, проверяя их на вес.

— Говорить? — хмыкнул он. — С огнём нужно обращаться твёрдо: он либо слушается, либо пожирает.

Он ударил кремнем о сталь, искры брызнули и упали на ветки.

Фёдор подул едва заметно — пламя дрогнуло и охватило поленья. Огонь заиграл, бросая отблески на стены и наполняя комнату теплом и мягким светом.

— Такой мягкий, как шёлк… — задумчиво протянула подруга, перебивая беседу мужчин. — Эх, красота-то какая! — Она выпрямилась, картинно всплеснула руками и окинула цветок восторженным взглядом, пародируя царя из «Ивана Васильевича». — Федя, — повернулась Люда к вампиру, который сидел поодаль, — а эти красавцы размножаются? Мне срочно нужен росток! — Она состроила глазки кота из «Шрека», захлопала ресницами и добавила жалобно: — Ну пожа-а-алуйста... Я буду за ними ухаживать, поливать… Ну, или что там надо чтобы цветок светился?

Вампир закатил глаза, но уголки его губ дрогнули в едва заметной улыбке.

— А запах! — перебила я, резко наклоняясь к цветку так близко, что чуть не ткнулась носом в лепестки. — Так сладко… как мёд с каплей цитруса! Никогда не слышала, чтобы так пахли. — Я глубоко вдохнула, зажмурилась от удовольствия и чуть не потеряла равновесие, еле успев схватиться за подругу. — Обалдеть! С таким ароматом можно открыть парфюмерный магазин.

— Размножаются они, но медленно, — вампир встал и скрестил на груди руки. — Дают один росток в год. Зато живут долго.

Люда театрально встала на одно колено и протянула цветку руку, словно делая предложение:

— О прекраснейший цветок, подари мне хотя бы один росток! Я буду ухаживать за тобой, петь тебе колыбельные...

— Если ты будешь ему петь, он сдохнет в предсмертных муках. Ты его уговариваешь или запугиваешь? — не удержалась я от подколки, прикрыв рот рукой, чтобы не расхохотаться.

— А ну цыц! — цокнула подруга, резко развернувшись ко мне и грозно выставив указательный палец. — Не сбивай меня с пути истинного. Я серьёзно настроена стать хозяйкой волшебного растения! Федечка, может, есть какой-то способ ускорить процесс? Может, им надо… э-э-э… стихи читать? Или шептать комплименты? Поливать росой? — Люда снова наклонилась к горшку и заговорщицки прошептала: — Ты такой красивый, цветочек… самый красивый на свете…

— Значит, можно будет передать внукам как семейную реликвию, — задумчиво проговорила я, мечтательно уставившись вдаль.

— Ты ещё детей не завела, а уже о внуках думаешь! — парировала подруга, хлопнув себя по колену.

— Ой, дети — дело наживное, — отмахнулась я, небрежно взмахнув рукой. — Сегодня нет, а завтра — раз! И целая орава бегает.

— По легенде, — с притворной серьёзностью начал Федя, приняв вид древнего мудреца, — они быстрее размножаются, если с ними разговаривать о любви. Очень страстно и проникновенно.