«- совсем не помню его, если честно».

- Bonjour monsieur.

- Добрый день, княжна.

Я слегка улыбнулась, осознавая, что чем ближе я подхожу к этому человеку, тем сложнее мне смотреть на его лицо. Приходилось поднимать взгляд, который пытался ещё уследить и за детьми. Неловко улыбнувшись, заметив вдали на аллее Ольгу Васильевну Бельскую с внучками и нянями, кивнув, рассеяно, я отвлеклась всё же на детей.

Они, увлечённые игрой, бегали вокруг, смеясь и перебрасываясь словами, которые едва удавалось разобрать среди общего их шума. Звонкие голоса наполняли воздух радостью и беззаботностью, заставляя забыть обо всём остальном. Я наблюдала за ними, чувствуя, как напряжение постепенно покидает разум. Ольга Васильевна, заметив наше приближение, приветливо махнула рукой, приглашая присоединиться к ним.

- Женечка, — обратилась она ко мне, тепло, улыбаясь, — как приятно встретить вас здесь! Чудесно вокруг, не правда ли. Я скучаю по нашим тихим вечерам. Вспоминаю путешествие по Волге.

- Полностью согласна с вами, — ответила я, стараясь скрыть внутреннюю тревогу.

- Прогулка в Летнем всегда приятна, хотя погода немного прохладнее обычного.

- Август действительно приносит с собой прохладу, — согласилась Ольга Васильевна, поправляя красивую шаль на плечах.

- Но это делает прогулки в парке особенно освежающими, не находите? Не то, что в Москве в это время года.

- И то верно, — кивнула в согласии, чувствуя, как разговор начинает течь легко и непринуждённо. Мы обменялись несколькими замечаниями об общих знакомых и последних новостях, пока дети продолжали играть.

Время от времени я бросала взгляды на мужчину, который всё ещё стоял неподалёку, беседуя с генералом. Его фигура казалась мне знакомой, но я никак не могла вспомнить, откуда именно.

- Кстати, дорогая, — внезапно прервала мои размышления Ольга Васильевна, — вы знакомы с господином, который сейчас разговаривает с генералом?

- Честно говоря, нет, — призналась я, слегка покраснев.

- Он кажется мне знакомым, но я не могу вспомнить, где могла бы его видеть раньше. Его лицо…

Постоянно думая о новом движении в Северной столице и помня о том, как оно закончится в декабре через неполных девять лет, я была готова от папеньки «отгонять» всех военных, если честно. Перебирая мысли, я никоем образом не могла вспомнить фамилии всех декабристов, которые были согнаны вместе с семьями в Сибирь.

Мне кажется, Бутеневых там точно не было.

Или мне это только кажется?

Ольга Васильевна улыбнулась.

- Весь в батюшку пошёл, — пояснила она.

Я явно что-то пропустила из её речей.

- Приехал недавно из-за границы. В Польше при великом князе Константине служит. Говорят, обладает редким талантом художника. Хоть и в генералах ходит. Ну в генералах он с недавнего времени...

Эта информация произвела на меня не особое впечатление, однако фамилии я не разобрала. Снова посмотрев в его сторону, пытаясь уловить хоть малейший признак знакомства, безуспешно.

Тем временем дети подбежали к нам, весело щебеча о своих играх и приключениях. Маленькая Ирена, утомлённая долгой прогулкой, начала проявлять признаки усталости. Она успела испачкать руки и платье. А после и личико. Горничная, заметив это, предложила вернуться домой, чтобы девочку отмыть, накормить и уложить спать.

- Думаю, пора возвращаться, для них это целое событие, Ирена уже готова уснуть прямо здесь.

- Конечно, конечно, — согласилась кузина бабули, ласково поглаживая своих, более взрослых внучек по головам.

- Надеюсь, мы ещё встретимся здесь завтра?

- Несомненно, — улыбнулась я прощаясь.

- До встречи!

Мы направились обратно к фонтану, а затем и вовсе решили идти к выходу из парка, оставляя позади тихие аллеи. По дороге я вновь мельком взглянула на военного, который всё ещё продолжал свою беседу с papa.

- Степан, ты скажи барину, что мы в экипаже домой отправились, княжну ко сну готовить нужно. Мы подождём тебя и бабушку, пока коляску Егорыч будет устанавливать на горбок.*

*****

Уж видно на короткой ноге были два генерала, коль решились отобедать у нас вот так запросто. Представил его papa' мне как старшего сына друга своего генерала Йерапольского Тихона Матвеевича.

Граф Алексей Тихонович был неразговорчив и суров. Мне казалось, что ему уже лет за тридцать, что груз он нёс на своих плечах тяжёлый и не знал, где сложить его.

Фамилия эта, конечно же, была мне знакома. Я видела волнение бабули, которое она скрывала всеми силами, ожидая, когда же мужчины, насытившись удалятся в кабинеты. Я даже вспоминать не хотела о том послании, которое получила в Москве. Женился Игорь Андреевич Лопухин на сестре этого мужчины.

И слава Господи!