Он помнил все статьи моих доходов и говорил про сданные внаём площади первого этажа, про то, что дал финансы на обеспечение дома и закуп продовольствия для всей семьи. Он не верил, что я не готова платить, и требовал залезть в кубышку и достать-таки укрытые богатства.

Этого я сделать физически не могла. Не собираясь с кем-либо венчаться, я решительно собиралась обеспечить себе достойную и интересную жизнь в этом временном отрезке. Копить хотелось долго, обладать хотелось многим. Путешествия требовали огромных денег.

Я слышала его голос, недовольный, отчитывающий бабушку, и смотрела в синеву глаз маленького братика, так как когда-то переглядывалась с одноклассником своим.

- Игорь, мы прорвёмся. Главное — не сдаваться.

- Я Александр.

- Господи прости.

Воспоминания кружили голову и разум.

События мелькали как сумасшедшие.

Срочно вновь подгонялось по моде то самое платье дорогущее, довоенное, доставались меха и ювелирные украшения матушки.

Княжескую дочь готовили к показу на ярмарке невест.

Звон бубенцов, колокольное эхо церквей Москвы, наполняли воздух. Холодный снег, кружащийся с ночного неба, легкомысленно обсыпал лицо, вызывая легкое покалывание. Щеки, раскрасневшиеся от морозного дыхания зимы, пылали. Мне наконец-то удалось согреться. Тёплые носки и валенки под бальным платьем. Шубка из скромной норки. В неё я была закутана как в кокон. Рядом бабушка и сестрица в соболях.

Сани неслись домой на запредельной скорости.

Здорово!

«- какой русский не любит быстрой езды»?

Классик был прав!

Ощущала себя одновременно взрослой и безмерно восторженной, как ребенок, впитывающий в себя каждое мгновение чудесной зимней ночи. Кучер, с лёгким свистом подгонял сильных и породистых вороных, они мчались с сокрушительной быстротой, словно стремительные тени по уснувшему городу, оставляя за собой лишь метель из снежинок.

В вихре чувств я видела перед глазами бал, который ещё «гудел», расплёскивая чувства и небывалую энергию танцующих и влюблённых в жизнь жителей Москвы. Видела острую грань скандала, которую я виртуозно, благодаря Елизавете, обошла стороной.

А, впрочем, давайте по порядку.

Так, тому и быть.

В танце Москва была «отчаянно» прекрасна. Трудно было представить, что три года назад Первопрестольная была разорена и погружена в груды пепла, останки сгоревших домов; трупы раненных и убитых солдат, и жителей города.

«- Великие воины возлагают теперь свои боевые награды к стопам прелестниц, которые, быть может, молились, чтобы они вышли, целы и невредимы из боёв».

К слову сказать, в Москве военные были повсюду, а потому московские невесты имели блестящую возможность сделать выгодную партию.

На балах кавалеров в разы больше, чем дам!

Представьте себе: пышные собрания, залитые светом хрустальных люстр огромные залы, звуки живой музыки, кружащиеся пары. И среди них – множество молодых офицеров в мундирах, полных сил, амбиций и желания любить. Это была настоящая возможность не только найти для себя настоящие чувства, но и обеспечить достойное будущее. Однако стоит помнить, что за блестящим фасадом таких «выгодных партий» скрывались свои сложности.

Но не будем о том. Так как князь Голицын, своими пытливыми глазами вновь просчитывал всех дам. Он пригласил княгиню Шаховскую Софью Гавриловну на кадриль. Видя, что многие из офицеров не танцуют, князь выдумал вдруг возможность в кадрили сделать моветон, да такой, где у каждой дамы оказалось два кавалера.

Его голос был полон юмора, он показывал свою задумку, а после…

После мы с Елизаветой ехали домой.

Но изначально бал открылся полонезом. Его должны были танцевать все прибывшие, даже если позже они не собирались этого делать.

Василий Львович Демидов вёл меня очень достойно в нём. При этом он не спускал глаз с Елизаветы, своей официальной уже невесты, которая, грациозно отдавшись музыке, ничего не замечая вокруг, улыбалась моему батюшке, который был галантен, забыв о своих ранениях. И всё же доктор Гааз был прав, отец шёл на поправку! Он прекрасно держался в танце.

Этот танец, имеющий польское происхождение и появившийся предположительно в пятнадцатом веке, недаром дразнят «шествием». Спокойные и размеренные движения, все пары движутся под торжественную музыку по заранее обозначенным фигурам.

Для меня музыка звучала грандиозно вычурным произведением. Молоточки стучали в висках.

Однако мы успевали тихо переговариваться с будущим родственником, в который раз обсуждая тот момент, что во Франции власть вновь принадлежит королю. Бурбонов восстановили на троне. Я помнила из лекций по истории этот период и знала, что ненадолго. Не по меркам, конечно, человеческих судеб, а истории страны в целом.