— Я не позволю тебе кончить мне в рот, Валиев, — заявила она своим фирменным, безапелляционным тоном, глядя на меня снизу вверх. И, словно добивая, издевательски добавила: — Дальше как-нибудь сам.

Мой мозг, который и так работал на резервных мощностях после двух бессонных суток, просто завис.

Я уставился на нее, чувствуя, как пульсирующая боль в паху сводит меня с ума. Как-нибудь сам?! Я на грани! Я буквально взорвусь через секунду!

— Ты издеваешься? — выдохнул сквозь стиснутые зубы. — Лисицына, это не смешно.

Уголки ее губ медленно поползли вверх, складываясь в ту самую хищную, безумную улыбку Бешеной, от которой у меня всегда сносило крышу.

Она грациозно поднялась с колен. Скинула с себя остатки одежды, оставшись только в тонком, черном кружевном белье. А затем одним кошачьим движением забралась на диван, прямо на меня, усаживаясь мне на бедра.

Я замер, завороженно глядя на то, что она делает.

Вика не стала ничего снимать. Она просто подцепила пальцами узкую полоску кружева на своих трусиках и властно, небрежно оттянула ее в сторону.

— Вика… — только и смог простонать я.

Она не дала мне договорить. Приподнявшись на коленях, она посмотрела мне прямо в глаза и резко, одним глубоким, скользящим движением насадила себя на меня до самого основания.

— Су-у-ука… — вырвался из моего горла глухой, звериный рык.

Контраст между холодом комнаты и ее обжигающим, невероятно узким, влажным жаром внутри был таким сильным, что меня выгнуло на диване. Я впился пальцами в ее бедра, намертво фиксируя ее на себе.

Вика запрокинула голову назад. Ее огненные волосы водопадом рассыпались по спине. С ее губ сорвался высокий, рваный, абсолютно бесстыдный стон, обнажая длинную, красивую линию шеи. Она вздрогнула, принимая меня целиком, и ее мышцы внутри инстинктивно сжались, обхватывая меня так плотно, что у меня потемнело в глазах.

Она начала двигаться.

Сначала медленно, тягуче, словно проверяя свои и мои границы, а затем резко взвинтила темп. Она скакала на мне, забирая всю инициативу себе, вколачивая меня в кожаный диван. Ее дыхание стало рваным, грудь тяжело вздымалась перед моим лицом.

Это был не просто секс. Это было какое-то дикое, отчаянное экзорцистское действо. Мы выбивали друг из друга страх последних дней, напряжение от того гребаного видео, усталость бессонных ночей и всю ту паранойю, которая скопилась вокруг нас.

Я припал губами к ее обнаженной шее, кусая кожу, слизывая выступающие капельки пота.

Вика запустила пальцы в мои волосы, царапая затылок, и стонала так громко и сладко, что я терял остатки рассудка. Полоска кружева, которую она отодвинула, терлась о нас, создавая дополнительное, сводящее с ума трение.

Темп стал невыносимым, лихорадочным. Звуки шлепков кожи о кожу эхом разносились по огромной, пустой квартире.

— Ильдар! — вскрикнула она, и ее ногти болезненно впились в мои плечи.

Ее тело внезапно напряглось, натянулось как струна. Внутри всё сжалось в таких диких, спазматических пульсациях, что она буквально начала выжимать из меня душу.

Ее оргазм обрушился на меня, затягивая за собой.

Я не смог сдержаться.

С глухим, сорванным рыком я сделал последний, максимально глубокий толчок, вдавливая ее в себя, и кончил.

Мы замерли.

Вика обессиленно рухнула мне на грудь, пряча лицо у меня на плече. Ее сердце колотилось о мои ребра с такой же бешеной скоростью, как и мое. Я обнял ее обеими руками, крепко прижимая к себе, зарываясь носом в ее пахнущие адреналином и моим парфюмом волосы.

Мы тяжело, хрипло дышали в унисон.

Она не издевалась. Она просто взяла то, что хотела, именно так, как хотела.

Моя ненормальная, отбитая на всю голову Лисицына.

Я провел ладонью по ее влажной спине и, всё еще пытаясь восстановить дыхание, тихо хмыкнул ей в макушку:

— Если ты думаешь, Бешеная, что после, я отпущу тебя в свою квартиру или позволю кому-то другому подойти к тебе ближе чем на километр… ты глубоко ошибаешься. Я найду этого урода. И я его уничтожу.

Вика слабо пошевелилась на моей груди. Приподняла голову, посмотрела на меня своими затуманенными, уставшими глазами и, криво, но искренне усмехнувшись, прошептала:

— Я и не сомневалась, босс. Но до завтрашнего утра… мы никого не ищем. Выдай мне еще дозу.

***

Мы сползли с дивана на пушистый ковер как-то незаметно.

Мое сердце всё еще отбивало рваный ритм где-то в горле, а кожа горела там, где ее касались пальцы Вики.

Она лежала на спине, раскинув руки, тяжело и глубоко дыша, а я полулежал рядом, опираясь на локоть, и просто смотрел на нее. На разметавшиеся по ворсу ковра рыжие волосы, на блестящую от испарины кожу, на россыпь веснушек на плечах.