Бедная родственница Страница 70 из 88
Скорость
7
Главы
0%
Страница 70 из 88

— Невеста! — сказал он мне и снова обратился к матушке — Живы, мисс Макгрегор?

— Куда ж я денусь, — проворчала матушка, перекидывая очередную петлю.

Потом мы все поприветствовали Маргарет, а гости прибывали и прибывали: охотники, соседи, знакомые Эдвина, какие-то местные джентльмены с важными усами и лицами людей, привыкших говорить о земле, лошадях и парламенте. Я запомнила далеко не всех; после пятого или шестого поклона человеческие имена начинают вести себя безобразно, то есть немедленно выскальзывать из памяти, как мыло из мокрых рук.

А потом появилась швея, не у главного входа, естественно. Я видела как она обходит дом, чтобы зайти с входа для слуг.

Я заметила её почти сразу и почувствовала, как у меня внутри неприятно дрогнуло. После последней примерки я всё время боялась, что платье станет ещё хуже. А тут, при таком количестве зрителей, при таком внимании, при всех этих оценивающих взглядах, платье вдруг переставало быть просто платьем и становилось чем-то куда более серьёзным — почти вопросом чести, достоинства и, если говорить совсем откровенно, возможностью не посрамить матушку Русь и род Макгрегоров.

Я поклонилась дядюшке и матушке и пошла наверх, а они, конечно, всё поняли без слов. Люди в таких домах всегда всё понимают без слов — к несчастью или к счастью, это уж как выйдет.

Наверху меня ждали горничная и портниха. Они возились со мной довольно долго, расправляя ткань, поправляя складки, проверяя, не морщит ли рукав, не отстаёт ли пояс, не съехал ли лиф, и в какой-то момент я уже почти перестала верить, что из этого вообще выйдет что-то толковое. Но потом они закончили, отступили на шаг, и я посмотрела в зеркало.

И не сразу узнала себя. Платье сидело удивительно хорошо. Даже слишком хорошо. Ткань мягко облегала фигуру, талия была подчёркнута именно так, как надо, юбка падала ровными складками, и всё вместе выглядело потрясающе. Впечатление было поразительное. Я бы сказала — почти опасное.

Лиззи — то есть я — была в этом платье вылитой Кейт Уинслет в «Титанике», только стройнее килограммов на пятнадцать, и это, пожалуй, лучшее сравнение, какое только пришло мне в голову, потому что платье действительно смогло сделать со мной что-то почти невозможное. Оно подчёркивало фигуру, но не вульгарно, а так, что хотелось ещё раз повернуться, чтобы увидеть, как ткань ложится на бёдра, как она мягко движется, как держит линию плеч, как делает талию тоньше, а осанку — вдруг более уверенной.

Потом я надела Те самые белые, длинные, до локтя, изумительно белые, которые Эдвин подарил мне накануне. И стало ещё лучше, будто весь мой вид вдруг обрёл ту самую последнюю деталь, которая превращает «хорошо» в «идеально». Я посмотрела на себя ещё раз и уже не сомневалась: если кто-то сейчас скажет, что платье мне не идёт, я смогу считать его либо слепым, либо враждебно настроенным ко всем основам здравого смысла.

Когда я спустилась вниз, холл был уже полон мужчин.

Разумеется. Именно в такие минуты судьба, по-видимому, считает своим долгом собрать в одном помещении как можно больше джентльменов, чтобы все они одновременно посмотрели в одну точку и оценили тебя в полной тишине. Я шла медленно, стараясь не сбиться на ступеньках, и чувствовала, как сердце у меня стучит не то от волнения, не то от совершенно недопустимого удовольствия, что сейчас меня увидят.

И вот это был тот самый момент, который я, пожалуй, запомню надолго, потому что всё получилось ровно так, как бывает в фильмах, когда героиня идёт по лестнице, а внизу внезапно все мужчины как по команде поднимают головы.

Фицуильям заметил меня первым.

Потом кто-то ещё.

Потом ещё один мужской оценивающий взгляд.

Но я смотрела только на Эдвина.

Только на него.

И лицо у него было такое, будто я вышла к ним совершенно голая. Не в грубом, не в оскорбительном смысле, а в том самом, где мужчина видит женщину настолько неожиданно красивой, что на секунду забывает, куда вообще смотреть и как сохранять нормальное выражение лица.

Ну да, дядюшка, я сама вижу, что хороша. Особенно в вашем платье, за которое вы заплатили. Так что теперь можете сидеть и смотреть столько, сколько хотите, потому что я, кажется, и правда выгляжу именно так, как вы надеялись.

Его взгляд задержался слишком надолго, чтобы это можно было принять за случайность. И в этот момент мне стало ясно, что платье, всё-таки удостоилось не просто одобрения, а чего-то гораздо более опасного: мужского внимания, которое не нуждается в словах.

И, честно говоря, от этого мне стало чертовски приятно.

 

 

Глава 26

Я спустилась вниз как королева на бал — медленно, с таким видом, который снаружи выглядел как спокойствие, хотя внутри у меня, честно говоря, всё уже вовсю нервно шевелилось.

Эндрю, стоявший у подножия лестницы, улыбался так, будто ему только что вручили главный приз, и не мог отвести взгляда. Подойти, правда, тоже не мог — приличия, родня, и воспитание.