Годовщина развода. Растопить лёд Страница 49 из 81
Скорость
7
Главы
0%
Страница 49 из 81

Он извивается на руках и просится на пол.

Отпускаю. Игорёк хватает любимую игрушку.

Артём возвращается. Слышу его шаги и замираю.

Делаю несколько вдохов, чтобы взять себя в руки.

Не покажу ему ни за что, насколько меня разбила эта находка!

— Так ты из-за этого разозлилась? — Он держит в руке злосчастный комплект, который держится на маленькой пластиковой вешалке.

— Артём… Я не хочу это обсуждать!

Смотрю на него с укором. Внутри ядерная бомба взрывается.

Он думает, мне приятно это обсуждать?

Смотрю на него, а он… улыбается? И не виновато, нет, а широко, радостно.

Что происходит?

— Сюрприз, как я понимаю, не удался.

— Сюрприз? Какой еще сюрприз?

Тут до меня начинает медленно доходить, что именно я нашла.

Не использованное белье, а новое, еще никем не надетое.

— Ты что, правда подумала… нет, Снеж, ты правда меня считаешь таким?

— А что я должна была подумать?

— Может быть то, что есть на самом деле? Что это подарок тебе. Тебе!

Улыбка с лица Артёма слетает, он хмурится и смотрит так, будто проникает взглядом прямо в душу.

— Хотя я понимаю, заслужил, — выдает с горьким поражением, сжимая в кулаке тонкое кружево, а потом решительно шагает ко мне. — Только ты зря так, родная, я бы ни за что не позволил, чтобы ты нашла в нашей квартире, где есть наши дети, что-то подобное.

Останавливается напротив и не спускает с меня взгляда.

— Ты мне веришь?

Вопрос на пять с плюсом. Перевожу взгляд на белье, из-за которого сыр-бор. Грустно становится. Страшно. Неужели теперь так будет всегда? Всегда грозовым облаком над нами будет висеть эта Аделина? То, что она сделала. То, что я увидела в том кабинете. То, что вообще было.

Я буду подозревать Артёма, доверия не будет, будут постоянные придирки и попытки выяснить, где он, объяснить себе его задержки.

Прикрываю глаза, стараясь избавиться от этой картины будущего.

Я не хочу так! Не хочу жить так! Не хочу быть такой женщиной, неспособной отпустить прошлое. Подозрительной, ревнивой, не хочу!

— Черт…

Он так и не дожидается моего ответа. Сгребает меня в охапку и целует.

Сначала просто в губы, одним касанием, а потом… потом со всей страстью, будто что-то доказывает. Себе. Мне. Нам. Скрепляет нас.

Не могу не отзываться. Это сильнее меня.

Он держит мое лицо в ладонях, подушечки пальцев гладят кожу.

В его глазах столько нежности, надежды, веры. Веры в нас.

Что я только тонко всхлипываю и прячусь в его сильных объятиях.

Чувствую, как Артём целует меня в макушку.

— Глупая ты моя, правда подумала, что я… черт… Надо было сразу тебе подарить этот чертов комплект! — выдает в сердцах, снова отодвигает меня от меня. Наши взгляды встречаются. — Говори мне всё, слышишь? Всё, что тебя беспокоит, говори. Если что-то покажется странным, если я сделаю что-то не так, не молчи, родная, поняла меня?

— И ты, ты тоже, — повторяю сквозь ком, застрявший в горле, — не надо ничего скрывать.

— Не буду. Только правда. Всегда только правда. Главное — ты знай, что я тебя больше никуда не отпущу. Даже не надейся.

Не отпустит.

А хочу ли я уже делать шаг назад, от него?

Хочу ли снова быть порознь, ведь вместе — даже с пониманием, что случай, как сегодня, может повториться, что впереди могут быть невзгоды, может произойти что угодно, — вместе всё равно лучше.

И это “лучше” совсем не отражает сути вещей.

Как будто речь идет о сравнении моей жизни с Артёмом и без него.

А речь ведь не об этом. Вообще не об этом.

Речь о том, что жизни без него и нет, жизнь эта какая-то однобокая.

Наполовину.

Ведь я старалась быть стойкой, сильной и гордой.

А сама всё равно в глубине души ждала, что всё вернется.

Что весь кошмар с Аделиной и Василисой останется в прошлом.

И снова будет наша большая семья. Снова вместе.

Я думаю об этом по дороге в больницу. Еду к дочери.