– Ходил встречался сразу с ментами, которые приехали в деле Генки разбираться. Про вдову им рассказал и про остальных. Узнал, какие у них новости.

– И какие?

– А никаких. Генку утопили приблизительно в четыре-пять утра. Повезло нам, что труп на берег вымыло. Чаще всего утопленников забирает море. Но тут мелкота. Поленился наш убийца тело поглубже затянуть, оставил где-то у берега. Так что сказать, что преступник сообразительный, не получится. Не было бы тела, не было бы дела, сама понимаешь. В желудке у Гриши остатки прощального ужина нашли. Не котлетки с картошечкой, как понимаешь. И алкоголя прилично. Но есть подозрения, что нашего парня накачали. Эксперт нашел ранки во рту, синяки от горлышка.

– Слушай, ну он же огромный, я видела его труп. Как он дал себя напоить?

– А это хороший вопрос.

– Мне тут одна мысль пришла. Я, честно говоря, не сторонница теории заговоров. Но ты заметил, что Генке тут были не рады. Ваша идея с курортом не очень у местных откликается. Особенно у старого поколения. А люди, которые рыли ямы и держали в них своих родных, вполне могли утопить одного Гену.

– Вась, понимаешь, в чем дело. Я думал об этом. В твоих словах есть зерно истины.

– Но?

– Но Мишка, местный глава, прав. От присутствия или отсутствия Генки ничего не меняется. Завтра или через неделю приедет новый «пиджак» и будет вести переговоры. Да собственно, переговоров не будет. Уже все давно решено, дело времени. Земля тут колхозная. Поля все эти – брошенные. С использованием этих земель решают не здесь, сама понимаешь. На местных здесь всем чхать. Земли в округе достаточно, так что бабушек с их дач никто гнать не будет.

– Ага, обнесут забором, чтобы элита не видела деревянные сортиры.

– Ну этого я не знаю, план постройки еще не видел. Да и времени на строительство понадобится не один год. Земля тут вырастет в цене однозначно. Появятся магазины, рестораны, а, значит, новые рабочие места с зарплатами, за которыми не придется ездить в соседнее село. Опять же аптеки, медцентр. Вы все думаете, что приход бизнеса на землю – это плохо. Но это и хорошо на самом деле. Вон, у этого тренера, может, известность появится, новые клиенты. Сейчас же не девяностые, чтобы отжимать и выгонять. Сейчас любая фишка может стать аутентичностью этого места. Люди готовы платить бабки за ретриты, слышала? Это когда ты на сене спишь, телефон свой отдаешь, ешь кашу на воде и медитируешь. В поле работаешь, а если надо, и в яме посидишь сутки. Главное, все это красиво завернуть в словоформу и подороже продать. Так что я понимаю, что местные могут быть недовольны. Но давай правду, наш народ всегда с недовольством воспринимает перемены. Но никто уже хлебные мякиши не крутит и в молоке не размачивает. Потому что прогресс. Есть хлопья, мюсли и прочая хрень.

– Хорошо, может, ты и прав. Вот мы узнали последний день Гены. Узнали, где он шастал и с кем он жил. За что его было убивать?

– А вот этот вопрос хороший. И заставляет сильно задуматься.

– Вот-вот. У кого мог быть личный мотив? У Гриши алиби, у Ольги алиби, кстати, нет. Но зачем ей убивать того, кто помогал деньгами?

– Есть еще ее дочка.

– Ты думаешь, девочка могла справиться с таким громилой? Залить в него алкоголь и пустить, как кораблик, в море? Брось нести ерунду!

– Еще этот Егор твой выбивается из общей картины.

– Я вчера разговаривала с его подружкой, Мариной. Ты знаешь, занятной они были троицей. И Егор этот хорошим пареньком был, хоть и пил много. Может, его, правда, кто по пьяной лавке стукнул?

– Может. Ну что, пойдем?

– Куда? – удивилась я, а Виктор неожиданно встал из-за стола и похлопал по своему животу.

– Надо бы спортом заняться. Я тут с этими завтраками, обедами и ужинами всю форму свою проем.

– О таких вещах нужно думать до того, как за стол садишься.

– Да ну тебя! Как тут можно думать? Пошли к этому тренеру. Поговорим с ним.

Дождь на улице лупил с еще большей силой. Я накинула свой дождевик, а Витя решил, что он справится сам, без зонта. Через пять минут его льняные брюки облепили его достаточно красивое тело, и сквозь ткань на заднице проступила надпись на трусах. Я не смогла сдержаться и хохотнула.

– Чего ржешь? – спросил меня мой спутник.

– Ничего, супермен, – лицо Вити выражало полное непонимание, но я решила не тратить время на разговоры о трусах. В конце концов, может, ему кто-то такие подарил. На заднице просматривалась картинка супергероя в красном плаще и соответствующая надпись «ГЕРОЙ».

Остаток пути мы шли молча, изредка ругаясь и матерясь. Дорога была грязной и очень скользкой.

– Не самая удачная погода для прогулок. – сказала я, когда мы подошли к клубу.

– Не то слово, – Витя рассматривал свои штаны, которые были не только насквозь мокрые, но и в грязных пятнах с разводами.

Он дернул за ручку двери, и мы вошли.

Несмотря на плохую погоду, клуб был полон людей. Туда-сюда шастали мальчишки, были и девчонки.