– Дурак он наивный, мой племянник. А еще с чувством вины. Знаете, он не смог, как Егор, взять в руки автомат. Он не смог уйти от дела, которым живет с детства, и Егор ему этого не простил. Свысока смотрел на моего племянника. Но ведь я тоже не смог. Несмотря на то, что все потерял. Мне многие говорили: «Я бы на твоем месте убил бы всех на хрен». Но у меня не было такого желания. Я не мог. Не хотел.

Гриша заплакал. Натурально, по его щекам покатились слезы.

– Поэтому и уехал, решил начать жить заново. И Лешка не способен никому причинить вред. Он делает то, что умеет, – помогает животным. Я точно знаю, он не мог Егора убить. Не хватило бы у него ни смелости, ни сил, ни желания.

– Даже ради Марины?

– Даже ради нее. Он ведь всегда был в нее влюблен. С самого детства. А она выбрала другого. Леша давно смирился с этим.

– Думаете? Можно смириться с тем, как Егор относился к ней?

– Думаю, что и Марина приняла это. Так всегда было, не только сейчас. Егор – воин, у него одна цель, вы знаете какая. Он ведь там, на войне, не пьет. Знаете, если ранит человека «под мухой», он быстрее истечет кровью, чем трезвый. Поэтому те, кто хочет жить, никогда не пьют за ленточкой. У Егора уже была травма, вы видели его ногу? Хирурги по кусочкам собирали. Ногу спасли. Хотя если бы не спасли, он все равно был бы там, на войне. Он в своей стихии. А вот здесь он не может жить спокойно. Тут, в мирной жизни, на отдыхе, на пляже, среди этих изнеженных живых тел ему плохо. Поэтому он наливается с утра и до ночи. Потому что по ночам, во сне, видит совсем другую жизнь. Совсем другую.

Гриша затих. Только шмыганье носом выдавало его присутствие. Я тоже обдумывала все услышанное, потому что это шло вразрез той картинки, которую я себе нарисовала в голове про эту троицу.

Мог ли Леша убить друга? Люди всегда делают что-то в первый раз. Например, моя подруга Машка как-то накинулась на своего отца с ножом. Так что не стоит думать, что хорошо знаешь жизнь. Никто не знает, на что способны люди, доведенные до отчаяния.

– А где вы были этой ночью? – внезапно для себя спросила я, а Гриша вылупился на меня.

– Вы что же, думаете, что это я?

– Я просто вас спрашиваю. Мне надо понимать всю картину.

– Я был у своей знакомой.

– Она сможет это подтвердить?

– Она уже это сделала. Я дал ее координаты полицейским.

– А мне вы ее координаты дадите?

Гриша достал телефон и продиктовал мне номер, тяжело вздохнув. Я записала цифры, а потом еще одна идея пришла мне в голову.

– Гриша, а вы раньше точно не видели утопленника? Ну того, которого вчера нашли на берегу?

Мой вопрос застал администратора врасплох. Он задумался, а потом резко покачал головой. Но в его глазах явственно проступал ужас.

Разговор с Гришей кое-что прояснил, но все же у меня было еще много вопросов. И где искать ответы, я не знала. Конечно, мне необходимо было поговорить с Мариной. Гриша – дядя, родственник, он мог очень многого не знать. Алексей действительно был больше похож на кисель, чем на преступника. Но я знала, что в глубинах вот такого бесформенного тела и мягкого характера, может притаиться настоящее зло. Или не зло. А, назовем это «справедливостью». Марина точно не заслуживала такого отношения. Понятно, у Егора свои тараканы в голове, может быть ПТСР, я сама не понаслышке знаю, что это такое. Я после пережитого ужаса чуть не лишила себя жизни. И если бы начала пить беспробудно, это было бы предсказуемо, но я нашла себя в другой форме самоубийства: расследую преступления, хотя понятия не имею, как это делается. Само чувство, что я могу найти того, кто совершает мерзости, сильнее любого наркотика. Смерть меня совсем не пугает. Терять мне особо нечего. А вот пользу я еще могу принести.

Я сидела в столовой и размышляла о своих последующих шагах, когда услышала шум во дворе и знакомый голос. Я встала и поспешила к выходу.

Витя стоял рядом с хозяином дома и о чем-то его спрашивал. Увидев меня, он расслабился и сказал:

– А вот и ты.

– Здравствуйте, Алексей Петрович, вы уже вернулись?

– Здравствуй, Василиса. Да, ездили немного развеяться. Ты же уже слышала новости? Лешку-балбеса забрали. Марина в больнице. А это твой друг, да?

– Да, это мой друг Виктор. Он приехал сюда по делам.

Виктор приветливо улыбнулся.

– Понятно, – без особого энтузиазма ответил хозяин.

– У вас случаем нет свободной комнаты для него?

Алексей Петрович напрягся:

– Надо у Гриши спросить. Он занимается размещением клиентов. У него все графики приездов и отъездов, так что я не подскажу. Поищите его, где-то он тут ошивался.

Алексей Петрович произнес эту фразу и направился в дом. Сказать, что такое его поведение меня удивило, ничего не сказать. Перед хозяином дома потенциальный клиент, который готов платить за проживание, и, судя по часам, тапкам и вообще внешнему виду, платить немало. На моих глазах сейчас просто слили клиента. То ли это особенности нашего сервиса, то ли я чего-то не догоняю?

– Тебя ничего не смутило? – спросила я у Вити.