Место убийства было обклеено красным скотчем по периметру. Похоже, местных детей лишили единственного развлечения в поселке. Полицейские уже разъехались, зеваки разошлись. Я обошла детскую площадку. Возле деревянной качели-машинки на щебенке виднелось черно-бордовое пятно. Было понятно, что это место преступления. Я не знала, нашли ли предмет, которым стукнули Егора. Этот вопрос следует задать Максу, только вот я не уверена, что друг мой захочет разбираться. Но если что, можно будет натравить на Максима его тетушку. Она ведь, как клещ, всю кровь из племянника высосет, но своего добьется. Иначе я бы здесь не жила бесплатно уже четыре дня.

Я заглянула в урны, которые были абсолютно чисты. Весь мусор собрали и увезли. В общем, я еще раз внимательно осмотрелась по сторонам, чтобы понять – мне тут ловить нечего. Эту работу лучше меня сделают полицейские. А вот поговорить со свидетелями стоит. Поэтому я направилась в «Желтый дом», чтобы найти Гришу и задать свои вопросы ему.

Гришу я нашла на заднем дворе. Он сидел на лавочке и грустил. Перед ним стояла пепельница, полная окурков. Это было странно, потому что по всему дому и территории висели плакаты «Курение запрещено». Видимо, ситуация совсем дрянная.

– Лешу не отпустили? – спросила я и уселась рядом.

– Нет, они на него сейчас всех собак повесят, зачем им кого-то еще искать? – ответил Гриша и вздохнул. – Я уже позвонил адвокату, но дело – дрянь. Адвокат тоже не воодушевлен, он так и говорит: «Единственный шанс, это найти настоящего убийцу». А как его найти? Никому это не нужно! Мальчишки вчера поругались. Подрались на глазах у всего поселка, свидетелей уйма. И у Леши нет алиби. Его никто не видел. У нас изъяли видео с камер. Может быть, там что-то будет, чтобы защитить его. Я не знаю, что делать, как помочь племяннику.

Григорий выглядел совсем подавленным.

– Вероника Максимовна просила меня разобраться в этом деле. У меня есть кое-какой опыт.

Гриша посмотрел на меня с недоверием.

– Какой опыт?

Мне хотелось ответить правду: опыт получать тумаки, ввязываться в неприятности и висеть от смерти на волоске. Но я сказала совсем другое.

– Вести расследования. Сегодня из города приехал мой друг. С полномочиями, – я загадочно закатила глаза вверх. – Мы будем разбираться в вашем деле. Я надеюсь, что мы найдем настоящего убийцу.

– Вы хотите вытащить Лешу?

– Мы хотим найти преступника. Расскажите мне про Егора и Алексея, – самоуверенность моя не знала границ. Я зачем-то приплела Витю, который вообще не в курсе, что он теперь мой напарник. И дала ему какие-от полномочия. Откуда во мне столько смелости?

Гриша немного помолчал, а затем кивнул.

– Я буду рад, если вы поможете. У меня никого нет. Лешка как сын для меня. Я приехал сюда в 2015 году. У меня не было ничего с собой, кроме документов. И то не все, восстанавливал тут многие. Устроился на работу к Веронике Максимовне. Они взяли меня на пансион. Я круглый год здесь живу, а они приезжают только в сезон. Я занимаюсь тем, чтобы дом не обветшал. Вы же заметили, что центрального отопления тут нет. За зиму дом сыреет, если за ним не приглядывать, то он быстро придет в негодность. Я же не только слежу за внутряком, но и за участком ухаживаю. Беседку сделал, банька на очереди. Мне платят зарплату, и я не жалуюсь. Хоть зимой тут, конечно, скучно. Делать особо нечего.

Я слушала Гришу внимательно.

– Лешка, племянник мой, приезжает на лето мне помочь. Он и зимой иногда наведывается, мы с ним и баньку выкладываем потихоньку. И крышу латаем. За это хозяева дают ему возможность отдохнуть с друзьями. У нас такой уговор. Мы им дом, они нам кров, а мне еще и зарплату платят. Я не жалуюсь.

– Расскажите мне про Егора и его подругу.

– Егор и Маринка – друзья детства. Они вместе росли. Егор был хорошим мальчишкой, честным. А Маринка… У нее родители – такие себе забулдыги. Она с малых лет больше пацанка, чем девчонка. У нас ведь, как это все случилось, ну я имею ввиду весь этот военный конфликт, каждый ведь сделал свой выбор. Я все потерял. Не смог там жить дальше, уехал. Сестра моя и племянник остались, как я их не звал. А потом все-таки уехали в Центральную Россию. Племянник мой – хороший, добрый пацан. Он все детство с животными возился, вырос – ветеринаром стал. Он ведь такой, что мухи не обидит. Наоборот, всех спасает. Вот и друзей своих за собой таскает везде.

Егор тоже свой выбор сделал. Он с 2015-го, как восемнадцать лет исполнилось, в окопах сидит. Сидел то есть. – Гриша вздохнул и потер лицо руками. – Всегда был таким – решительным, бескомпромиссным, справедливым. Конечно, он изменился. Знаете, что с людьми делает война?

Я промолчала. Я знала, что там, где твоя жизнь не стоит ничего, а кругом смерть и разруха, точно можно потерять рассудок. Один мой друг именно так его и лишился.

– Маринка тоже осталась там, Егор у них всегда был за главного. А она была за него. Во всех отношениях, я точно знаю. Хотя он, мне кажется, никогда ее не любил. Просто таскал за собой. А вот Лешка был влюблен в Маринку с детства.

– Это заметно со стороны.