Уверенность в том, что приостановление деятельности нашего предприятия – акт целенаправленный, подтвердилась самым оригинальным образом – дракой двух нечистей.

Они ворвались в кабинет вихрем, вцепившись друг в друга. Пыхтенье, рев диких животных, нецензурщина, визг сопровождали эпическое сражение. Никаких правил – если такие и есть в бою – знакомый мне рыжий однозубый мужичок непонятного происхождения и чернявый с курчавой по всему телу шерстью и острым носом зверек не соблюдали. По крайней мере, один из них при встрече назвался «нашенским», за него и буду «болеть».

Чернявый-курчавый отбивался от «нашенского» отчаянно зло, потому что был схвачен за щиколотку, за которую его мотали из стороны в сторону что есть силы. «Нашенский» неожиданно отпустил его ногу и с невероятным наскоком оказался на груди у чернявого-кучерявого, схватив его за шею.

- Чего стоите? – раздался охрипший голос «нашенского». – Его связать надо, я его, нечистивца, схватил. Помогайте, сил не хватает уже…

Леха был в таком ступоре от шока, что просто замер на месте. Не каждый день можно лицезреть побоище нечисти. До чего же мужики нежные пошли, просто диву даешься! Придется помогать…

Выхватив из-под «нашенского» чернявого, я предусмотрительно перевернула его спиной вверх, придерживая голову за кудри, чтобы он не успел меня укусить, пробормотав:

- На месте замри по щелчку, как ослушаешься – в бездну упеку!

Нечисть замерла, вытянувшись в моих руках как по струнке. Смекалистый однозубый «нашенский» быстро залез на стул, открыл стол и вытащил оттуда моток бечевки. Поразительно… Он хорошо ориентируется не только в офисе, но и в столе моего братца. Что-то Леха по-колдовски совсем распустил нечисть. Потом проведу воспитательную работу, а пока обратилась к нему:

- Алексей, ну, правда, пора уже в себя прийти! - сказала я, пока вместе с «нашенским» связывала «ненашенского».

- Лопух, - сплевывая на пол зуб, сказал мой помощник. – Я сразу понял, что с ним каши не сваришь. Пришлось к тебе в машину явиться.

- Так вы знакомы? – тихо уточнил брат.

- Утром имела честь лицезреть, а имя не уточнила.

- Агафон, - представился «нашенский».

- Нас ты уже знаешь, раз в нашей «Магии трав» живешь: Алексей и Анастасия. И будь добр к Алексею с полным уважением относиться.

Дважды повторять никому не пришлось, Лешка быстро пришел в себя и с максимальной сосредоточенностью выслушал Агафона. Он поделился ключевой деталью: во время той проверки некая «толстая ведьма» наслала на них нечисть. Агафон, охваченный эмоциями, жестикулируя, поведал, что от ведьмы чернявый «посланец» получил приказ: портить наш товар. Это касалось всего – от тары и ингредиентов до самого зелья.

Алексей деловито произнес:

- Его нужно допросить. Теперь становится ясно, откуда могло исходить такое распоряжение.

Я велела чернявому-курчавому отмереть. Его порядочность вызывала у меня сомнения, поэтому я предупредила его прямо: в случае малейшего сопротивления никто не будет с ним нянчиться. Ведь «бездна» – это самое ужасное, что может случиться с любой нечистью.

Оказалось, что он был в положении «холопа» у Корнеевой Натальи Леонидовны. Это напоминает древний ритуал «черных» ведьм, когда нечисть становится их верным слугой до конца их дней. Случалось такое и у «белых» ведьм, но это было дано нечисти в наказание, и как только срок наказания истекал, служение у ведьмы заканчивалось.

- Почему она дала тебе такое задание именно в нашей фирме? – спросил Леха.

- «Холопу» знать не положено.

- А, если вспомнить о «бездне» и хорошенько подумать? - спросила я, щелкнув пальцами, отчего в воздух вспыхнул огонь «бездны».

Пленник содрогнулся и сказал:

- Она деньги в кабинете пересчитывала, ей мужик какой-то принес. А потом сказал, что остальное переведет на счет, как только все будет закончено.

Лешка принялся искать в своем телефоне фотографию Артема, нашего брата. Найдя нужный файл, он тут же показал его нашему злодею-нечистивцу. Однако тот, внимательно посмотрев, покачал головой и заявил:

- Не он это. Тот, кого я видел, был старше и с усами, - а потом добавил, - Ведьма-хозяйка меня не высечет, она меня в «бездну» отправит. Я ж ее предал.

Мы с Лешкой молчали. Что делать с этим диверсантом, мы понятия не имели. Я охотно верила, что ведьма-хозяйка простой поркой не обойдется, по ее меркам он не просто задание не выполнил, а совершил преступление – предал.

Я взяла его за мохнатую голову и посмотрела прямо в глаза:

- Своею силою от чужих пут освобождаю, без привязки и злого умысла себе оставляю.

Агафон покрутил пальцем вокруг виска, заподозрив меня в сумасшествии.

- Я наложу на тебя свою защиту, - объяснила я нечисти, - мне нужно твое имя.

- Уродец, - тихо сказал он. Я содрогнулась, ведьма назвала его «уродцем». Низость и мерзость.