— Я думал, ты снова исчезнешь, — честно сказал он. — Я боялся, что это всё был просто момент. И он закончится.

— Я тоже боялась, — прошептала она. — Но… ты остался.

Они замолчали. Не потому что нечего было сказать, а потому что всё важное уже было понятно .

Он провёл пальцами по её щеке, откинул прядь волос и поцеловал в висок.

— Хочешь, я сварю тебе кашу? Или бульон?

— Хочу, чтобы ты ещё немного полежал.

Он кивнул, и они снова устроились, как будто никто никуда не спешит, как будто всё правильно, как будто они всегда просыпались рядом.

И в этой обыденной тишине, в этой неприметной близости — было больше любви, чем в любых признаниях.

Затем они пошли вдвоем готовить завтрак, точнее Руслан сказал, что готовит сегодня опять он, а Оля наблюдает и подсказывает.

Оля села на кровати, слегка потянулась и зевнула.

— Что готовишь?

— Овсянку с ягодами и мёдом., — сказал Руслан, подмигивая.

Она поднялась с кровати, всё ещё чувствуя лёгкую усталость, и подошла к нему. Они стояли рядом у окна, в кухне, наполненной теплом и светом.

Руслан вдруг взял её руку в свою и посмотрел прямо в глаза.

— Оля, — начал он немного робко, — я давно хотел тебе сказать… Я влюблён в тебя.

В комнате стало немного тише. Оля встретила его взгляд и улыбнулась, едва слышно, но от всего сердца.

— Я тоже, — ответила она, — просто боялась себе в этом признаться.

Он осторожно провёл пальцем по её щеке.

— Не бойся. Я здесь и хочу быть рядом.

Она почувствовала, как внутри что-то отозвалось, как будто каждый её вздох теперь звучал в унисон с его словами.

Руслан нежно улыбнулся и пригласил её за стол.

— Давай есть. Сегодня — наше утро. И я хочу, чтобы оно длилось как можно дольше.

Оля села, взяла ложку и сделала первый глоток. И в этот момент они оба поняли — иногда признания не нужны, чтобы чувствовать: они нашли друг друга.

Они сидели рядом на диване, едва касаясь друг друга, но напряжение в воздухе было ощутимым.

Руслан медленно провёл пальцами по её руке, и Оля почувствовала, как по коже пробежал лёгкий холодок.

Он повернул к ней лицо, их взгляды встретились, и в тот момент времени вокруг будто перестал существовать.

Руслан наклонился, их губы встретились в долгом, глубоком поцелуе — сначала нежном, постепенно переходящем в более страстный. Руки его осторожно скользнули по её спине, обнимая и прижимая ближе. Оля ответила, прижимаясь всем телом, позволяя себе раствориться в этом прикосновении.Они не торопились, словно изучая друг друга заново — каждое движение, каждый вздох были важны.

Утро началось чуть раньше, чем обычно. Оля только вынырнула из сна, когда услышала приглушённый звук уведомления. Она на ощупь потянулась, прищурилась от света, прочитала:

Руслан: «Я подумал… Давай я сегодня отвезу вас с Кирюшей. У меня нет срочных встреч до десяти. Просто захотелось провести с вами это утро. Если ты не против, конечно.»

Она усмехнулась. Руслан всегда оставлял выбор за ней. Не «я приеду», не «жду у подъезда». А: «если ты не против» .

Оля посмотрела на часы. У неё было бы время и самой, если ехать на своей машине — но вдруг стало приятно, что не надо спешить, заправляться. Что кто-то хочет быть рядом не только вечером, когда тепло и уютно, но и утром — когда все мнутся, зевают, в доме пахнет зубной пастой и кофе, и никто не идеален.

Она ответила коротко:

Оля: «Приезжай. Мы почти готовы.»

Руслан стоял у машины, когда она вышла из подъезда, ведя за руку Кирюшу. Мальчик хмурился, у него торчал воротник куртки, а рюкзак болтался, будто жил своей жизнью.

— Привет, герой, — Руслан наклонился к нему. — Ты точно проснулся или только притворяешься?

— Ещё не проснулся, — пробурчал Кирюша, но губы дрогнули в попытке сдержать улыбку. — А почему мы сегодня не на маминой машине?

— Потому что сегодня я — как водитель супергероев, — с улыбкой сказал Руслан. — Садитесь. У меня даже есть музыка по утрам — без рекламы.

Они сели. Кирюша устроился сзади, щёлкнул ремнём и почти сразу уставился в окно. Оля скользнула взглядом по салону: чисто, тепло, пахло мятой и чуть-чуть — его духами. Её сердце, всё ещё не совсем проснувшееся, стучало ровно, но чуть быстрее, чем обычно.

Руслан завёл двигатель.

— У меня такое чувство, будто это первый школьный день, — тихо сказал он. — Хотя вроде просто едем в садик.

— Почти. Только у нас ещё один пассажир с философией, — кивнула она в сторону Кирюши.

Мальчик не обернулся, но сказал:

— Я всё слышу.

Оля рассмеялась, и Руслан на секунду взглянул на неё — тот самый взгляд, в котором было больше заботы, чем слов.