Моя грудь упирается в него. Он чувствует это, опускает глаза, но почему - то не трогает. Удивительно даже - он не трогает, не целует меня, хотя может. Захват на бедре и волосах - это максимум, на который он пока пошел.

 - Что значит «да» в моем исполнении для тебя, Заур? Раз уж мы тут про товар, то поясни… - голос срывается. Я почти хриплю И судорожно пытаюсь понять, где же просвет, где я смогу выторговать себе хотя бы миллиметр пространства для маневра…

А его глаза чернеют еще сильнее. Омут, в котором липкая нефть…

 - Это будет значить покорная, податливая, послушная и кроткая давалка, Наташа. Делающая все, что я ей говорю. Живущая ради удовлетворения моей прихоти. Я прихожу, когда хочу. Я прошу, что хочу. С тебя - безропотное выполнение, кротость и нежность. И страсть, конечно. Мне не нужно, чтобы ты бревном лежала.

 - А что взамен? Просто закроешь кредит, который сам создал? - усмехаюсь, идя на блеф. Да, я умею. Я ведь учусь на журналиста. Училась… за учебу тоже надо платить, а впереди последний год магистратуры - не найду средств, считай без диплома, неоконченное высшее… Какой же я дурой была, что в свое время поддалась категоричности Рената и не пошла на бюджет. Он тогда сказал, что нет смысла мучаться - он все равно оплатит мое обучение… - маловато, Заур. Раз уж мы про товарно - денежное и дурную кровь, так послушай меня. Я знаю себе цену. И эта цена - намного выше. И самое главное - что многие будут готовы ее заплатить. Я сейчас сниму платок, распущу волосы и пройду один круг перед скамейками соболезнующих мужчин, которые сидят у вас во дворе на поминках. Как думаешь, сколькие из них, тоже богатые и влиятельные, захотят сделать со мной то, что ты хочешь? Они за одну ночь со мной закроют все мои и мамины долги… Так что нет, этого маловато, Заур…

 - Как заговорила, - морщится он, - прирожденная шлюха!

 - С волками жить!

Но смешнее всего то, что он понимает, что я права. Рациональный, гад. И потому дает выговориться дальше.

 - Мои условия следующие…

 - Мои условия следующие… - озвучиваю я единственный возможный вариант выхода из этой ситуации, так как даже сбежать от него и прятаться всю жизнь - не вариант. То, что Заур страшный и мстительный человек, я уже поняла, - я проведу с тобой полгода - и ты не только закроешь все долги, которые создал сам, но и дашь мне доучиться. Я не прошу тебя ни о цацках, ни о деньгах, я презираю это, так и знай. Мне не нужно от тебя ничего сверх того, что дал твой отец моей матери. Просто не унижай ее и верни то, что по праву ее. Это их жизнь, их чувства. Не нам с тобой судить… А мне просто дай доучиться, тем более, что последний курс магистратуры не предполагает постоянного посещения универа. А потом… ты отпустишь… И заведешь себе новую игрушку.

Он смотрит на меня. Желваки играют. Скулы напрягаются.

 - Это честный выбор, Заур. И это справедливая сделка, если в этой ситуации может быть хоть толика справедливости… ты сам устанешь от меня и захочешь избавиться. Так дай мне возможность просто получить билет в жизнь в виде диплома. Обещаю, что моя учеба никак не отразится на… - сглатываю, пересиливая себя, - твоих хотелках и графике визитов ко мне…

В этот самый момент, наверное, чтобы окончательно низвести меня до состояния ничтожной амебы в собственной шкале ценностей, мы слышим стук в дверь, которому тут же вторит женский голос.

 - Заур, все нормально? Дядя Саид тебя спрашивает… Гости потеряли…

Это Арювзат. Невеста Заура.

Красивая девушка из благородной семьи. Чистокровная, аристократичная. Ее истинная горская красота была доведена до совершенства легкими мазками самого высокооплачиваемого пластического хирурга республики. Тонкий изящный носик, пухлые губки, кошачий разрез глаз. В день, когда Заур делал ей предложение, она была красивой до слепоты. Я не хотела идти в банкетный зал, но мать как всегда заставила. Ренату надо было показать, что в его большом и несовершенном с моральной точки зрения семействе все под контролем. Платье от Эли Сааба в тысячах жемчужин, диадема, вплетенная в густую темную копну волос… Я смотрела на нее - и мне было больно…

Больно, что он оглядывает ее с восторгом и гордостью. Что ее так шумно и пышно сватают.

А я бродяжка русская. Дурная кровь. Безотцовщина. У меня за спиной все время шепотки…

И мужчины на меня смотрят как на кусок мяса, а не с восторгом и трепетом, как на мать своих будущих детей.

Когда она вышла танцевать с ним, я думала, что упаду в обморок.

Идиотка. Я идиотка конченая.