Стоит открыть окно, комната сразу наполняется резвой влагой и свежестью, брызгами и… моим смятением. Стихия слишком необузданна, а обрыв внизу - конечно, прекрасное решение с точки зрения архитектуры и вида, пугает своей зияющей пустотой…
- Закрой лучше… - сипло произношу.
Заур выдыхает.
- По ходу мы тут застряли…
Я киваю. Даже не знаю, что страшнее - зависнуть вот так в темноте над пропастью одной или с ним в закрытом пространстве…
Мой живот предательски урчит. Есть хочется, конечно. Черт дернул нас подняться в номер так неудачно по времени…
- Кушать хочешь? - смотрит хмуро Заур.
- Потерплю.
Он недовольно выдыхает. Подходит к минибару, достает оттуда содержимое.
Орешки, чипсы, две шоколадки и… бутылку вина…
- Давай перекусим что ли… Чем есть. Все равно время коротать…
Может быть, лучше пусть дверь выломает? Хотя после той вежливой речи менеджера реально стыдно… Да и лишнее внимание привлекать не нужно ни ему, ни мне…
Заур берет бокалы, разливает вино, ловко вскрывает пакетики и, усмехаясь, зовет «к столу» - на журнальном столике снеки, которыми я точно смогу заморить червячка, но вот он здоровый мужик… Ему на один зуб.
Ем мало и аккуратно. Не хочу пить, но все - таки делаю пару глотков. От того, что пару чипсин и орехов действуют как аперитив, сразу бьет в голову и по ногам разливается приятное тепло.
Не поднимаю глаза на Заура, но чувствую, что в темноте он рассматривает меня.
В окне снова сверкает молния и тут же гром. Вздрагиваю.
- Когда я был маленький и оставался с бабушкой в горах, я тоже боялся грома и молнии… В городе страха не было. А вот эта близость с природой при непогоде сильно пугала, почти до первобытного ужаса. Она любила рассказывать детям красивую легенду. Как ни странно, она даже не совсем из этих мест… Ее придумали древние греки.
Когда - то Кавказские горы были выше, чем теперь, и их вершины касались звезд. В глубинах Эльбруса, говорили старики, жил бог - кузнец Гефест, низвергнутый с Олимпа. Сбитый с неба, он упал среди грома и молний, и от жара его тела расплавились скалы. С тех пор в недрах горы гремит его кузня: это не буря гремит - это Гефест кует наковальней по сердцу камня. А молнии, вспыхивающие над хребтами, - искры его огня, вырывающиеся из бездны.
Иногда Зевс, властелин неба, посылает свои молнии, чтобы напомнить Гефесту о власти Олимпа. Тогда небо и земля спорят, кто сильнее - гром или пламя. Но когда буря стихает, воздух становится чист и прозрачен, а горы блестят, словно выкованный меч. Люди говорят: «Гефест кует - Зевс слушает». Пока гремит гром над Кавказом, древние боги все еще помнят эту землю.
Снова сверкнуло. Лицо Заура озарил свет. Темные, как смоль глаза, прикованы ко мне…
- Говорят, что Зевс изгнал Гефеста за то, что он подарил людям огонь… Этот бог хороший… Я тоже любила в детстве мифы древней Греции…
- И какой миф твой самый любимый? - усмехнулся Заур.
- Конечно, про рожденную в морской пене Афродиту, богиню любви, - печально выпалила я раньше, чем подумала, - все глупые наивные девочки верят в любовь, Заур…
Он смотрит. Слишком внимательно смотрит…
- Ты знала, что Афродита была самым пугающим для греков существом? Киприана - так ее еще называли. Рожденная у берегов острова из морской пены древняя богиня, которая способна была причинить боль человеку сильнее, чем самое уродливое существо вроде Кракена… И знаешь, как называлась эта боль? Любовью… Вот чего испокон веков боится человечество… А ты, Наташа… Боишься любви?
Наши взгляды пересекаются…
Глава 24
- А ты, Наташа, боишься любви?
Его вопрос вибрирует в каждом уголке моего тела. Искрит. Взрывается тысячей непроизвольных эмоций.
- Боюсь, - говорю искренне, но не от слабости, - любовь может причинить много боли. Но от того, что я боюсь, мало что изменится… Сердцу ведь не прикажешь…
С его губ срывается хриплый выдох.
Вздрагиваю, когда в чуть приоткрытое окно залетает резвый порыв ветра и всклокочивает мои волосы.
Он притягивает к ним руку, поправляет и замирает.
Прикосновение - как разряд.
Все происходит слишком быстро, когда Заур вдруг оказывается совсем рядом и… почти было касается моих губ, как вдруг внезапно включившееся электричество разом возвращает нас в реальность.