И что с того?! Тогда мне нужно просто лежать, расставив ноги, и ждать

своей участи?

 - Простите, с вами все в порядке? - слышу сбоку мужской голос и вздрагиваю. На соседнем балконе светловолосый парень. Я, кажется, узнаю его. Это гид из Москвы, который привез группу туристов. Историк популярный, кажется. Рашид с Зауром что - то обсуждали на этот счет.

Я смотрю на него. Перед глазами почему - то проносится совсем другая жизнь. Я ведь тоже могла быть просто туристкой, которая бы приехала в этот красивый край... Просто бы безмятежно наслаждалась красотами этих мест, свободна, веселая, не зависимая от мужчин...

Я бы не была кавказской пленницей. Я была бы просто туристкой...

 - Что случилось? Я могу вам чем - то помочь?

Это нелепо, да, я понимаю, что идея настолько абсурдная, что по - хорошему от нее надо отказаться в зачатке, но взгляд у этого мужчины такой искренний, такой честный... Впервые мужчина на меня смотрит не как на вещь!

 - Я... - пытаюсь утереть глаза, - я... мне нужно бежать из республики...

Меня.. по факту тут держат насильно...

По мере того, как я говорю с мужчиной, его лицо становится все более и более суровым. Он слушает внимательно, напрягается... А я быстро, сбивчиво, но выверенно обрушиваю на него всю правду... Я ведь не преступница! Ему ничего не будет за то, что он просто поможет мне!

Пусть я хотя бы попробую! Пусть ему станет больно! Я вырвусь из республики, побегу в полицию! Все равно в Москве не так просто вести себя настолько безнаказанно! Никому из них из всех!

 - Мне нужно беспрепятственно выехать из республики. Потом я уже сама разберусь. Не верю я, что на него нет управы. Мы не в средних веках, когда на Кавказе держали пленников и пленниц!

Мужчина молча кивает.

Я нервно сглатываю, оглядываясь по сторонам. Перед нами обрыв.

Позади - темнота номеров.

Что меня ждет?!

Решительность в глазах Заура не оставила никаких сомнений: вот - вот и он захочет заиметь на меня все права. К стенке поставит. Сам мастерски подвел к этому логичному заключению...

Голос мужчины все ниже, он придвигается ко мне и шепчет:

 - В группе есть девушка, которая сильно похожа на вас, но чуть постарше. Она... - он хмыкает, - вознамерилась завести шашни с одним местным парнем. Не собирается пока возвращаться. Как правило, при переезде на машинах, а мы едем именно так, не проверяются отдельные документы граждан. Просто общий список пассажиров с ксерокопиями паспортов.

Можно попробовать примкнуть к команде, а если попросят паспорт, покажете свой. Я скажу, что это ошибка какая - то или что вы заблудились и мы решили вас подвести. Короче, выкрутимся. Вы ведь и правда закон не нарушали, ну...

Не объявляют ведь в федеральный розыск люде только потому, что они... красивы...

Я слушаю его и снова всхлипываю...

 - Пожалуйста... Помогите...

 - Мы утром возвращаемся в столицу. Вечером у нас вылет. Сможете примкнуть? Можем где - то в городе вас подхватить…

Я не хочу ее отпускать от себя. Теперь уже вообще никогда не хочу отпускать. Наташа должна быть всегда рядом. Мулла был прав - от судьбы не уйдешь. Это моя женщина, возможно, посланная мне вот таким странным, необычным способом - через боль отчуждение, неприятие матери. Через обиду на отца...

Любители эзотерики бы сказали, что это отработка кармы. Я же называю это просто - мужчина, имеющий много соблазнов в жизни, способен остановиться только тогда, когда его остановят и сильно щелкнут по носу.

А Наташа щелкнула. Своей принципиальностью, чистотой, искренностью, добротой. Сложная девочка. Девочка, которая умеет любить вопреки. Которая умеет соблазнять, делая все, чтобы казаться невидимкой.

Способная противостоять. Способная не сломаться...

Шантаж Арювзат был не последней каплей, но триггером. Скорее будет честным сказать, что он развязал мне руки. Теперь осталось только озвучить ее приговор. Мой бизнес достаточно устойчив, чтобы я не боялся турбулентности со стороны ее семьи, которая наверняка устроит мне неприятности. И главное, что для Наташи единственной мощной гарантией безопасности может быть тоже только наш союз. Только так я буду точно знать, что никто на нее не покуситься - ни чтобы насолить мне, ни чтобы забрать красавицу себе.