На приём я приехала за полчаса. Ходила взад вперёд по длинному коридору, рассматривала какие-то титульные рамки, висящие на стене.

Клиника была хорошей. Живые цветы в вазах. Приветливый медперсонал.

Мне, несмотря на все это, все равно чудилось, как будто бы я стояла на краю.

— Янчевская Даниэла… — тихо спросила у меня медсестра, выглядывая из кабинета. Я кивнула, девушка, улыбнувшись, произнесла: — Можете проходить. Врач вас ждёт…

Врачом оказалась женщина около сорока лет, блондинка с приятными мягкими чертами лица.

— Здравствуйте, приятно познакомиться. Меня зовут Жанна Сергеевна…

— Здравствуйте, — сказала я, присаживаюсь за стол.

— Даниэла Георгиевна, скажите у вас были какие-то проблемы по репродуктивной части?

— Да, на протяжении последнего времени мы не могли забеременеть с мужем.

Врач поправила очки и уточнила.

— Какой вам диагноз ставили?

— Никакого, говорили, что просто не высчитывается овуляция, что цикл не тот или ещё что-то…

— Вы проходили полное обследование, да?

— В меру того, что предлагала клиника…

Врач поджал губы, и здесь из принтера вылезли несколько листов.

Жанна Сергеевна забрала их, прошлась глазами.

— Даниэла Георгиевна, я не люблю преждевременно ставить диагнозы, но по клинической картине, которая видна в этих анализах я могла бы предположить, что у вас бесплодие…

Даня

У меня дыхание перехватило, а сердце остановилось.

Я опустила глаза, мысли метались по голове…

— То есть, то есть задержка…

— Вы не беременны, Даниэла Георгиевна.

— И вы, глядя на анализы, ставите вообще под вопрос возможные беременности, правильно? — тихо уточнила я, не веря в то, что происходило.

— Согласно протоколу, восемь лет брака и отсутствие предохранения… Да, в таком случае ставится диагноз бесплодие. Вы же не предохранялись?

Память откатила меня назад в начало отношений, и если первое время мы действительно предохранялись, то потом как-то так вышло, что у нас отпала необходимость в этом, потому что детей мы не обсуждали, и эта ситуация была пущена на самотёк. Типа я рассуждала, что если мы забеременеем, то, видимо, ничего страшного, чем Ваня думал, я не знаю.

— Да, мы только в самом начале предохранялись, а потом нет, — но слова приходилось подбирать и с какой-то тяжестью и паникой проговаривать их. — Но я наблюдалась в частной клинике, мне не ставили… Мне не говорили, что у меня проблемы…

— Фактически у вас отсутствует анамнез как таковой для проблем по той простой причине, что штатные гинекологи, репродуктологи, они опираются на то, что-либо вы родите и все проблемы пройдут, либо родить надо через эко. Но, смотря на ваши анализы, все эти показатели, которые вы вчера сдали, это резервы организма, у вас резервов репродуктивной системы не так много. И для самостоятельной беременности возможностей…

Я покачала головой.

Я не хотела, чтобы врач продолжила мне объяснять что-то по поводу этого.

Было ясно одно.

Я не беременна.

Беременность в обозримом будущем мне не светит.

Никакая.

— У вас не усваивается фолиевая кислота, у вас низкий гемоглобин, и вот этот гормон, который говорит о потенциале яйцеклеток, он очень низкий. Это не означает, что все плохо, это означает, что без поддерживающей терапии, без изменения каких-то привычных вам паттернов поведения, результата никакого не будет.

Столько скандалов, столько недопониманий, столько паники, боли из-за того, что врачи просто держали меня на регулирующих цикл препаратах и высчитывали овуляцию. Вместо того чтобы задаться более сложным вопросом иммунитета и резервов организма.

Я гулко сглотнула

— Даниэла Георгиевна, вы не должны быть напуганы. Все хорошо, но тот вопрос, с которым вы обратились в нашу клинику, он отрицательный…

— Я понимаю.

— Если вы захотите попробовать лечение, терапию, то мы можем с вами это обсудить.

Я покачала головой, обсуждать ничего не хотелось. Я не хотела ни о чем говорить с врачом, потому что я сейчас ощущала полную беспомощность перед ситуацией.

Резервов организма не хватает на беременность, о чем я думала, когда все это затевала. Я свято верила, что я молода, здорова, что у меня есть все возможности.

Оказывается, я даже на элементарное не способна.

Оказывается, моя репродуктивная система находилась в состоянии сна.

Молодая и здоровая не могла забеременеть.

Такая ирония судьбы человек, который безумно боится детей, выбирает себе в жены женщину, которая не может иметь детей, это было похоже на насмешку бога что ли…

— Спасибо, я подумаю и позже решу, — произнесла я хрипло и медленно встала из-за стола.

— Даниэла Георгиевна, вы не…

— Все хорошо. Все правда хорошо.