— На твоем месте я бы радовался, что твой муж хочет других, — резко выдал Ваня и оттолкнулся от стола, сделал шаг в окну и заложил руки за голову. — Потому что если мужик перестал хотеть баб, ты будешь первой с кого это начнется…
Слова ударили как оплеуха, как пощечина, как хлыст, и я даже закачалась.
— Не радуюсь, Вань… — произнесла я тихо, зачем-то потирая щеку. На ней словно по заказу тут же появились теплые слезы. — Но если тебе так хочется других…
— Молчать… — тихо приказал Ваня и бросил на меня короткий взгляд. Огнем обдало. Кожа воспламенилась и словно бы температура в момент подскочила. — Продолжать не смей. Рот закрой, язык прикуси, Дань…
Любил муж разговаривать в приказном тоне. А я ненавидела, когда из него наружу лез адвокат, задавливая человека.
Опустила взгляд.
Утупилась в свои тапочки с пушистыми носиками.
— Не хочу молчать, Вань, — сказала со вздохом. — Если ты так хочешь других. Иди и бери. Только меня рядом не будет…
Слова запустили каскад ненависти и муж резко обернулся ко мне.
— Я ничего не сделал. Я не предал тебя, не унизил тебя, не изменил и если ты сейчас…
— Да, я сейчас попрошу развода… — тихо произнесла я, сделав шаг назад и окинув взглядом накрытый стол. Хорошо обсудили беременность, которой не должно было случится. Видимо сам бог берег меня, видимо поэтому у нас так и не было детей…
— Не вздумай. Я не предатель и ни лжец. У нас хороший брак, хорошая жизнь… — начал Ваня, но я перебила, показывая свой вредный характер.
— Не настолько хорошая, чтобы муж желал только свою супругу. Не настолько, чтобы вместо обсуждения секс-вечеринок говорить о будущем ребенка… — последние слова упали в пропасть, которая разделила нас с мужем и у меня глаза зажгло от горячих слез.
Душу ему свою отдавала, дарила до последней капли, а в ответ получила…
— Дана, ты торопишь события! — зарычал Ваня, делая ко мне шаг. — Я не один из моих клиентов, которые сначала суют свой член в каждую щель, а потом носятся и не знают как отсудить у жены побольше! Не надо сейчас вести себя эгоистичным подростком. У меня есть желания и я пришел их обсудить с тобой…
Хотелось зажать уши руками, чтобы не слышать этого бреда. У него есть желания, а мои? А наши желания? Ребенок был нужен мне одной? Это одна я варилась в котле отчаяния все это время пока мы пытались забеременеть, а Ваня все давно для себя решил?
— Ты пришел со мной обсудить право на измену. Легализованное право, которое пытаешься сейчас чувством вины выторговать у меня, — поправила я супруга и зажмурила глаза. Как же мерзко.
— Какое право на измену? Ты сама себя слышишь? — зарычал Ваня мне вслед и сделал шаг ко мне. Я выставила руку, чтобы он не прикасался ко мне. Чтобы не дотрагивался и не клеймил меня своими прикосновениями. — Я пришел обсудить с тобой, что просто хочу разнообразить нашу личную жизнь.
— До сегодняшнего дня она не нуждалась в разнообразии. До сегодняшнего дня мы занимались с тобой сексом по несколько раз в день. До сегодняшнего дня…
— Не до сегодняшнего дня, Дани! — перебил меня Ваня и перехватил мою руку, разворачивая меня к себе лицом. — Тебе просто без разницы, поэтому ты ничего не замечаешь! Я пытаюсь с тобой поговорить на эту тему уже с нового года, но каждый раз натыкаюсь только перевод темы.
— Поговорил? — спросила я тихо. — Доволен?
— Нет! — пальцы мужа сцепились на моих плечах и я передернула ими, чтобы убрать тяжелые руки. — Вот как знал, что ты так и среагируешь на простое предложение!
— А раз знал зачем заговорил? Раз знал, что у тебя жена не богиня секса, на мегараскрепощенная гуру, зачем заговорил? Ты знал на ком женился, а теперь выставляешь меня неуравновешенной, потому что я не понимаю таких развлечений…
Я старалась говорить ровно и сдержанно, но вместо этого у меня дрожал голос и нервы словно бы с каждым словом получали разряд тока. Я тяжело задышала, стараясь не раскашляться, но не вышло и я ударила мужа по рукам, чтобы развернуться и прижать ладони к губам. Но кашля не было.
Были сдавленные всхлипы.
Было ощущение черной дыры внутри.
— Значит пора научится понимать такие развлечения, — мягко произнес Ваня тем своим урчащим голосом, который обычно использовал только наедине. Тем своим голосом, который был моим личным сортом героина, сводящим с ума, заставляющим сердце биться вдвойне сильнее…
— Нет, — зазлебываясь собственным дыханием проронила я. — Если ты хочешь сказать, что в нашей постели появиться кто-то третий…
Ваня снова развернул меня к себе лицом и заглянул в глаза.
— Дана это нормальная практика пригласить в постель кого-то третьего… — его голос, эти слова прошлись по коже оголенным остро заточенным лезвием, вспарывая ее и выпуская наружу горячую напоенную болью кровь.
Я замотала головой.
Нет.
Нет.
Прошу, пожалуйста только не мой Ваня…