– Что пожалуйста? – я замедлился, продолжая кружить подушечкой большого пальца по клитору. Таша сжалась, её трясло, она сжимала простынь в кулачке, прикусывая указательный палец второй руки. Сексуально пиздец!

Ну же! Решись. Давай. Скажи это, малыш.

– Дар…

– М?

– Трахни меня.

Да блядь! Да! Пиздец! Как же возбуждает!

Меня понесло. Я ввинчивался в неё с бешенной скоростью. Вколачивался, заполнял до предела, натягивал на член, пока не почувствовал, как она кончила, сжав так сильно, что заставила кончить и меня тоже. Сперма выстреливала внутрь любимой женщины. Оргазм проходил по телу волнами, и мне совершенно не хотелось покидать её.

Ночь была бурной. Мы почти не спали, всё время трахались…. Нет. Теперь не так. Я любил её, а не трахал. Мы занимались любовью. Теперь я с уверенностью мог сказать, что это другое. Это настолько охуительно, что после подобного я никого больше не захочу. Никогда.

Вырубились под утро. Оба без сил, потные, уставшие, но счастливые. Ещё никогда я не засыпал и не просыпался с улыбкой, которая никак не желала сходить с лица. До одури счастливый. Довольный, как слон.

Будильник на её телефоне я проспал. И то, как она ушла на работу тоже. Встал с приятной усталостью в мышцах. Прошлепал босыми ногами на кухню, где вчера бросил свой телефон. Хотел написать ей сообщение, но застыл, заметив несколько сообщений от Вендельского. Ник что-то узнал.

В груди всё сжалось в каком-то тревожном ощущении. Я мог прямо сейчас узнать, что мать от меня утаила. Палец замер над кнопкой «открыть» сообщение. Может… ну его нахер эти тайны? Не похуй ли мне? Я люблю Ташу и буду с ней, кто бы что не говорил… Но… Я должен знать. Не хочу, чтобы в будущем что-то было способно разрушить наши отношения. А судя по разговору с матерью, этот секрет вполне мог оказаться бомбой замедленного действия. Неожиданности я ненавидел так же, как ложь и тайны.

Я открыл сообщение.

Читал его медленно, не веря своим глазам. Челюсти сжались так, что зубы скрипнули, грозя превратиться в обломки. Внутри всё уже превращалось в прах. Хотелось орать диким зверем, от раздирающей боли, от пожирающей сердце пустоты, от осколков, острых как лезвие бритвы, впивающихся во внутренности и рвущих всё на части.

Как собрался не помнил. Как доехал до Арон-Групп тоже. Ресепшен, лифт, приёмная матери, дверь в её кабинет – всё осталось смазанным пятном в памяти. У неё шло совещание, но увидев меня, она переменилась в лице и быстро отправила всех по рабочим местам.

Мы остались вдвоём в полнейшем безмолвии. Я не мог взглянуть ей в глаза. Не хотелось даже видеть её лицо, но я пересилил себя. Цинично ухмыльнулся, натягивая маску безразличия и спросил:

– Как долго ты собиралась это скрывать? – Я холодно мазнул взглядом по заледеневшей матери. – Как она получила должность в компании человека, которого убил её отец? Как ты это допустила?

Прошлым вечером…

Ник Вендельский

Арондов младший потребовал данные, как его семья связана с Романовыми. Не запросил, а именно потребовал. Рано или поздно это должно было произойти. Информация у меня была давно, но по приказу Марковны я не имел права разглашать ни строчки, даже её родному сыну. Чтобы выполнить поручение, пришлось явиться в офис Арон-Групп, что меня не особенно радовало. Роза была довольно сложным человеком. Общение с ней не доставляло удовольствия – после него всегда чувствовал себя школьником, которого отчитал классный руководитель. Безусловно я был многим ей обязан, хотя бы тем, что перестал быть должным депутату и его чокнутой дочурке. Только приятнее от этого общение с ней не становилось.

На Арондовых работал давно и меня всё устраивало. Сотрудники дали мне прозвище – цепной пёс Арон-Групп. Но на это мне было насрать с высокой колокольни. Пусть зовут как хотят. Тем более, что это почти правда.

Роза восседала в кресле, всем видом напоминая ледяную королеву и, как всегда, выглядела идеальной бизнес-леди. Строгий костюм, причёска волосок к волоску, короткий однотонный маникюр. Тонкий флёр дорогих духов витал в воздухе призрачным отголоском, напоминая свежий бриз с лёгким цветочным оттенком. Возраст её не портил, скорее украшал и всё в ней было хорошо… кроме, пожалуй, характера.

– Значит, он дал тебе задание всё выяснить. – Кивнула она, сняв очки, устало сжав переносицу и прикрыв глаза.

Я молча кивнул. Отчёты – обязательная процедура. Я всегда отчитывался ей о том, какие задания мне давал Дариан. Ну… почти всегда. Парню всё же уже двадцать. В армии отслужил, свой бизнес построил. Можно было и свободу ему дать. Я так считал. Роза – нет.

– Примерно этого я и ожидала, но не так быстро. Неужели он к ней настолько прикипел?

– Обычно, – безэмоционально начал я, привлекая внимание Марковны, кожей чувствуя ледяной взгляд, – я не лезу с советами, но в этот раз скажу: ему лучше не знать.

Да. Именно так.