Жить сегодня, здесь и сейчас. Быть с тем, кто нравится. Кто вызывает бешенное сердцебиение и жар внутри. Быть с тем, с кем хочу… Кого хочу. Я решила прислушаться к этим словам. К тому же, сопротивляться притяжению не было ни сил, ни желания.

Поцелуи обжигали кожу, холодный ветер тут же её остужал. Молния на куртке вжикнула расстёгиваясь. Горячие ладони скользнули по спине, прижали к тёплому телу. Всё это он сделал, не отрываясь от моих губ. Дар был так близко, нас разделяла лишь тонкая ткань маек и джинсы, но даже они не спасали от того огня, который бушевал между нами, заставляя голову кружиться.

Вздрогнула от очередного порыва ветра, вжалась в крепкий будто каменный торс в поисках тепла. Осень сегодня разгулялась.

– Замерзла? – хрипло спросил он, опуская меня на землю так, словно я ничего не вешу. – Садись в машину, у меня есть для тебя кое-что.

Дар провёл меня до двери, открыл и помог сесть. И хорошо, что он сделал так, потому что собственные ноги отказывались держать, были как ватные. Он сел на водительское, включил печку и с заднего сиденья достал… бутылку мартини и банку оливок.

– Хочешь меня напоить? – Хрипло спросила я.

– Немного, – улыбнулся он, а я покрылась мурашками. В этой улыбке не было ничего пошлого, она была… милой. Волнение, сладкое, предвкушающее, заполнило меня до краёв. Руки дрожали вовсе не от холода, когда он налил напиток в одноразовые стаканчики. – Запомнил, что тебе это нравится. Кстати, я тоже люблю оливки. Угостишь?

Он открыл банку и протянул её мне, предлагая… покормить его? Вот так? Руками?

Я выудила одну оливку, аккуратно убрав капли о стенку и протянула её ему. Уже представляла, как он откроет рот, и что мне нужно будет коснуться его вот так…

– Не правильно. – Дар чуть нахмурился, захватывая оливку зубами.

Теплые упругие губы обхватили мои пальцы. По коже электрическим током прошла волна мурашек. Дыхание сбилось, когда его лицо оказалось рядом с моим. Оливка коснулась губ, и я открыла рот. Половина плода тут же оказалась внутри, вместе с его языком. Солёный поцелуй заставил задохнуться от новых ощущений. Голова закружилась ещё сильнее.

– Вот так надо угощать меня оливками. – Он отстранился, вручив мне стаканчик. – Запей. – Его голос хрипел. Зрачки расширены на всю радужку. Дыхание горячее и влажное касалось губ как горячее нежное одеяло.

Мы сделали по глотку, Дар отставил стаканчики на торпедо и снова поцеловал. Солёное смешивалось со сладким, пьянящим. Внутри растекалось тепло, от напитка или от его ласк – уже не важно. Голова кружилась и без алкоголя. Мысли разлетелись мелкими осколками. Я таяла, как мягкое мороженое в теплых руках.

Кстати, о руках. Они пробрались под майку, блуждали по телу, зажигая прикосновениями миллион маленьких бенгальских огоньков на коже. Я настолько потерялась в пространстве, что не заметила, как оказалась у него на руках. В попку упирался твёрдый, пульсирующий член, ясно ощутимый даже сквозь одежду. Куртка улетела на заднее сиденье. Майка задрана до плеч, оголяя грудь. Лифчик оказался спущен вниз, выпустив на волю грудь. Горячий, наглый язык дразнил торчащий твёрдой горошинкой сосок.

Между ножек сладко сжалось в мучительном томлении. По коже мурашки. С губ сорвался стон.

Чёрт! Как же это… хорошо! Боже мой!

Я рассыпа́лась на атомы. Мучительно вкусно, что казалось, я умирала от нежности. Сгорала в страсти, готовая нырнуть в неё с головой, как в омут. И плевать, что там не было дна. Что я потеряюсь. Исчезну. Перестану существовать. Не важно. Я хотела перестать существовать вот так. С ним. Отдаться его власти. Потерять себя в нём. Сердце колотилось как безумное, спотыкаясь, гнало кровь по телу вниз, между ног, где собралось много влаги.

– Такая вкусная… – шептал он, сжимая одной рукой попку, а второй грудь. – Не могу оторваться от тебя.

«И не нужно. Продолжай то, что делаешь. Умоляю, не останавливайся!» – Думала я, но вместо слов вырвался тихий стон.

Дар перевернул меня у себе лицом, заставил оседлать его и впился в губы поцелуем, расстёгивая джинсы. Я попыталась отстраниться, потому что… ещё не готова. Не здесь же, но… Он не позволил, удержал. Влез в мои джинсы и сжал попку, подтягивая меня к себе. Заставлял тереться о стояк, двигаться так, словно мы занимаемся любовью. Будто мы без одежды, а он уже внутри.

Нестерпимо жарко, я задыхалась, стёкла в машине запотели от нашего частого прерывистого дыхания. Я поймала чёрный, пожирающий взгляд и поцеловала манящие вкусные губы.

Между ног нарастал жар, разбрасывая искры по всему телу. Заставляя меня вздрагивать от удовольствия. И вот я уже двигалась сама, чувствуя приближение оргазма. Тёрлась о него, ускорялась, пока не взорвалась вспышкой яркого света перед глазами.

Дар прижал меня к себе, целуя ключицы и грудь, сжимая в надёжных руках мою дрожь. Незаметно для меня, положил мою ладошку на член. Мне было так жарко, что я не могла понять от чего горит лицо – от жары или от смущения.