Увидела рекламу: «хотите изменить свою жизнь? Начните с прически!» Позвонила и записалась, не откладывая.

За всю свою жизнь красилась несколько раз. И то — в цвет, близкий к моему натуральному темному. А сейчас хочу чего-то кардинально другого. Либо белый, либо вообще красный.

— Волосы у вас хорошие, густые, можно подрезать кончики, а длину оставляем. По цвету есть предпочтения? — спрашивает у меня мастер, красивая длинноногая блондинка.

— Хочу очень сильных изменений.

— Тогда, если хотите, можете вступить в наш клуб платиновых блондинок. Мне кажется, вам пойдёт, — улыбается мастер.

— Согласна. Давайте.

Я просидела у неё пять часов. Оказалось, что это трудная задача сделать из жгучей брюнетки сияющую блондинку. Но результат меня впечатлил. В зеркало смотрела на меня вовсе не та строгая учительница, которая пришла сюда. А девушка, у которой сразу заиграли глаза игривыми нотками и которая готова была быть в центре внимания.

— Вам нравится?

— Да, очень, даже не ожидала.

Я встала и прошлась, заглядывая в зеркала с разного ракурса.

— Думаю, вашему мужу тоже понравится.

— Мужу? — я посмотрела на неё удивлённо.

Девушка смущённо показала на мой безымянный палец, где все ещё было обручальное кольцо.

Я совсем про него забыла. Никогда его не снимала, оно почти стало частью руки. Сняла его прямо там в салоне и выкинула в урну, где лежали мои отстриженные секущиеся кончики.

— Мой бывший муж. И ему не нравятся блондинки, никогда не разрешал мне покраситься в другой цвет.

Девушка виновато улыбнулась.

С новым цветом волос я начала чаще, чем обычно, ловить на улице восхищённые взгляды. Так расхрабрилась, что все-таки позвонила одной своей подруге и сообщила об изменениях в жизни. Прямо так и выпалила:

— Привет, Даш! Я развожусь, покрасилась в белый цвет, а еще поменяла место работы.

— Ого, вот это поворот. Давай с тобой по магазинам пройдёмся в следующие выходные, и ты мне поподробнее расскажешь, если, конечно, захочешь.

Я согласилась. Отличная идея. После новой прически мне захотелось поменять весь свой гардероб.

Я, правда, как будто становлюсь новым человеком. Раньше покупала новые костюмы только к первому сентября. Новые платья — к какому-нибудь празднику. А вот просто так, потому что хочется себя побаловать — никогда.

Мы встретились с Дашей, и я сразу поняла, что зря я так долго ни с кем не делилась переменами в жизни.

— Обалдеть! Как тебе идёт быть блондинкой. Я думала, тебя из депрессии придётся вытаскивать, а ты цветёшь вся. Ты точно разводишься? — это был единственный ее комментарий про развод за тот день, и я была ей благодарна, не хотелось все это заново вспоминать и мусолить.

Мы с ней сосредоточились на покупках.

Я купила то, что в школу мне, конечно, не разрешат надеть. Слишком открытые и короткие платья. И красивое белье.

У меня полно разного красивого белья, но я выкину его. Все связаны с Андреем. Как я его «радовала».

Теперь радовать буду себя.

Под конец дня нас с Дашей уже начало тошнить от всяких побрякушек, и мы вспомнили, что ничего не ели целый день. Поднялась на последний этаж, где обычно в торговых центрах можно найти кафешки.

На последнем этаже был один большой детский магазин и несколько кафе.

Мы сели за свободный столик, сделали заказ. Я хорошо поела и стала чувствовать себя гораздо лучше. Когда мы уже пили кофе, я стала разглядывать детский магазин напротив. Мои глаза зацепились за знакомое лицо.

На кассе в детском магазине стояла Виолетта, продавщица пробивала ей какие-то вещи.

Я застыла, как будто меня парализовало, и смотрела на неё. Я ничего не знаю, что там у них с Андреем сейчас, но, если он продолжает выпрашивать у меня прощение, наверное, не очень хорошо. Да, господи, о чем думаю? Мне без разницы.

Я встала и сказала Даше:

— Давай уйдём, в другом месте допьем кофе, — а потом увидела, как Виолетта летит в мою сторону. Все-таки заметила меня, зараза.

Совсем не хочется портить этот день разговорами с маленькой лживой девкой.

— Привет, Ирина, — скромно говорит Виолетта, как будто это не она спала с моим мужем у меня за спиной.

— Я уже ухожу.

— Постой, давай поговорим.

Я ругаюсь про себя в самых крепких выражениях. И почему все кругом хотят со мной разговаривать, почему просто нельзя оставить меня в покое.

— Я не хочу слушать тебя. Мне неинтересно, что ты хочешь сказать.