— Да, — буднично отвечает Платон, как будто я его о пустяках спрашиваю.

— И что они? Как отреагировали?

Платон накрывает крышкой сковородку, моет руки и подходит ко мне, берет меня за плечи.

— Скажу так: новость о беременности Виолетты шокировала их больше.

— Ты все ещё работаешь в компании? — задаю прямой вопрос.

— Нет, уже два дня, как уволился.

Я хочу воскликнуть «я так и знала, что этим все закончится», но Платон опережает меня:

— Не волнуйся, я все равно все ещё богат, — смеётся.

Я скрещиваю руки:

— Это несмешно! Я вообще-то не об этом волнуюсь.

Улыбается:

— Я знаю, прости, но вообще это важно. Для нашего будущего ребёнка. Я сам хотел написать заявление на увольнение. Даже если бы мне не сказали, написал бы.

— Почему?

— Помнишь, я тебе рассказывал о том, что у меня есть свой проект? Так вот его купили, уже даже запустили мобильное приложение. Зарплата у меня теперь ничуть не меньше. А все, что нужно делать — выпускать обновления каждые полгода.

— Ого, — только и могла ответить я.

Новость, правда, была удивительной. Платон начал мне рассказывать про свою новую работу и как он делал разработки. Приложение для обучения детей финансовой грамотности.

— Это же близко к моей профессии, не знала, что ты тоже увлекаешься образованием детей, почему раньше не рассказал?

— Ну, я не совсем с этим связан, я больше за техническую часть отвечаю.

— А вот, мне, наверное, придётся скоро новую работу искать, директор недавно писал, как он мной недоволен.

— Вот это он зря. Уволить тебя по закону не имеют права. Но я не хочу, чтобы ты возвращалась в школу, слишком много нервов там. Если хочешь, можешь уволиться.

— И сидеть у тебя на шее? — теперь улыбаюсь я.

Платон серьезно отвечает:

— Я только рад буду.

Меня расстроило, конечно, что родители Платона так отреагировали и не дали ему работать в компании. Но меня радует, что Платон верит, что все в итоге будет хорошо. Я ему тоже верю.

Да ещё и занимается теперь тем, что ему нравится. И работать будет дома. Может, принять его предложение и уволиться? Нет, это как-то неправильно.

Хотя у меня нет таких опасений, что в случае чего Платон может бросить меня, и я останусь без денег на улице. Я доверяю ему безоговорочно. Я каждый день как будто по чуть-чуть становлюсь с ним ближе. Падаю в бездну новых чувств.

Хотя я так и не заговорила ещё про тот альбом. Сейчас Андрей исчезнет из моей жизни и можно будет вернуться к тому разговору. Тревожно, вдруг Андрей обманул насчёт развода? Вдруг будет вставлять палки в колёса и не подпишет документы. А мне так хочется, чтобы нас с Платоном все, наконец, оставили в покое. Хочется, чтобы мы были только вдвоём в целом мире.

А еще я начала замечать, что мне трудно сдержаться, хочется иногда его поцеловать. И не только поцеловать… В больнице мне вообще снились эротические сны с его участием. Я себя сдерживаю изо всех сил. Да, надо разобраться с разводом. А еще мне до сих пор не рекомендовано вести «половую жизнь» ... А если бы было можно, я, наверное, не сдержалась бы: пришла бы ночью в спальню Платона в одной сорочке… И наплевать на мнение других. Интересно, это во мне говорят беременные гормоны? Или новая любовь?

Когда через неделю мы с Платоном приехали в клинику, я поняла, что внутри у меня все это время сидела большая тревога. Может такое произойти, что по закону подлости отцом окажется Андрей?

Конечно, от этого я не буду любить моего ребёнка меньше, вот только я в последнее время как будто глаза открыла на бывшего мужа: вижу, какой он на самом деле ненастоящий, двуличный и подлый. Я не хочу с ним воспитывать ребёнка. Не хочу вести с ним разговоры о воспитании, учитывать его мнение. Ничего не хочу с ним больше.

Вчера в очередной раз перенесли суд. Мне это ужасно надоело. В прошлый раз Андрей сказал, что я ему больше не нужна, а все равно не даёт мне покоя. А если ребёнок его? Вообще заставит вернуться к нему?

Стоп, о чем думаю?

Конечно же, отец Платон. Он сказал мне, что в любом случае ребенок наш. И я хочу в это верить. Я готова сейчас даже молиться, чтобы это так и было. Сколько всего Платон пережил из-за меня, если он был влюблён меня ещё со школы.

Не надо, пожалуйста, новых преград между нами.

Перед процедурным кабинетом я все время оглядывалась и смотрела по сторонам. Как хорошо, что Платон не стал проводить тест в нашей клиники, для Антонины Аркадьевны мы с Платоном счастливая семейная пара, пусть такой и останемся.

— Их здесь нет, — говорит Платон, наверное, заметил мое беспокойство.

— Ты пойдёшь первый?

— Да, если хочешь.