Я обратила проникновенный взгляд на Лиз и Софи. Блондиночка стояла, закрыв лицо руками, а Лиз, перехватив мой взгляд, прищурилась и неожиданно кивнула. Она невозмутимо бочком подошла к комоду, схватив с него статуэтку, и одним резким движением тюкнула Эву по затылку. Охнув, старшая служанка осела на пол.

– Прости, Эва, – вздохнула она. – Но нашу госпожу не вернуть. А я хочу служить госпоже, которая борется за свой статус и вызывает восхищение в глазах подданных. Ваше Высочество, – она присела в реверансе. – Я готова служить вам и скрою вашу тайну.

– Принцесса всегда много плакала, а потом злилась и кидалась в нас предметами, – шмыгнула носом Софи, застенчиво потупив глазки. – Она даже не заботилась тем, чтобы запомнить наши имена. Плохо так говорить, но я предпочитаю, чтобы вы были моей госпожой.

– Спасибо, девочки, – слабо улыбнулась я, но тут же встревоженно забегала по комнате. – Но что же нам делать с Эвой? И письмами?

Служанки переглянулись, в глазах их мелькнула решительность.

– Я за Эдгаром, – сказала Лиз. – Может, он сможет как-то подчистить Эве память?

– Я пойду к слугам, ответственным за кабинеты короля и королевы, – кивнула Софи. – Скажу, что принцесса в порыве чувств написала письма, за которые ей теперь самой стыдно, и она просит их забрать.

– А вы идите в спальню! – воскликнула Лиз, маша на меня руками. – И ни о чём не беспокойтесь! Ваша задача – сделать так, чтобы никто не посмел назвать ваш брак несостоявшимся!

– И мы уедем на Змеиный Пик! – похлопала в ладоши Софи. – За дело!

Софи убежала, а Лиз, подумав, стала связывать Эву. Я с тоской посмотрела на служанку, чья верность чуть не довела меня до беды.

– Прости, Эва, – прошептала я, прежде чем зайти в смежную комнату.

На душе у меня был раздрай, настроение точно не для брачной ночи. Впрочем, и Ричард в халате, сидящий в кресле с какой-то книгой, явно не пылал страстью и желанием наброситься на меня с порога. Я подошла и устало шлёпнулась на кровать навзничь.

– Тяжёлый день? – хмыкнул муж.

Повернув голову, я выразительно посмотрела на него. Как говорится «вместо тысячи слов», правда, «Рафаэлло» у меня не было – пришлось общаться взглядами.

– Завтра будет не легче, – сказал он с сочувствием. – Скажи служанкам собираться, а затем ложись спать – тебе понадобятся силы. Мы отбываем рано утром.

– Я тоже хочу уехать скорее, но к чему такая спешка?

– Чем быстрее уедем – тем лучше, – поморщился Ричард. – Ты видишь, здесь нам не дадут покоя. Мою люди уже закупили всё необходимое за королевскую награду, так что в Змеином Пике мы не умрём с голоду.

– Твои люди?

– Познакомишься с ними завтра, – улыбнулся Ричард. – Вернее сказать, это наши люди, Элен. Уже не шайка наёмников, а люди маркиза.

Сердце наполнилось волнением. Вот как, уже завтра начнётся путешествие в загадочную землю, где я стану настоящей леди, хозяйкой Змеиного Пика. Это было интересно, что скрывать, и мои слуги тоже были заинтригованы – все, кроме Эвы, которую обрабатывал Эдгар, и похоже, что на Пик её брать теперь не стоило.

Раздав указания собираться, я вернулась в спальню и легла на бок, глядя на Ричарда, и тут вспомнила ещё одну немаловажную вещь.

– Ох, нам же надо… – горло запершило от смущения. – Простыни… Их проверят завтра и скажут, что между нами ничего не было.

Я достала пузырёк, что дала мне Моника, и протянула Ричарду. Он рассмотрел его на просвет и криво ухмыльнулся.

– Подготовилась. Молодец.

Почему-то мне стало неудобно, будто я его обидела. Надо было как-то объясниться, а не просто совать ему банку с краской с посылом «я даже не допускала, что между нами может что-то быть!» Но ведь я просто навязанная ему жена, довесок к земле и золоту. Мы деловые партнёры, скованные обстоятельствами, не более.

– Рич, я…

– Спи, Элен, – прервал он, возвращаясь к своей книге. – Тебе понадобятся силы. Не переживай, я не собирался чего-то от тебя добиваться. Это всего лишь фиктивный брак.

Я кивнула, закрывая глаза. Вот так встретишь на жизненном пути нормального мужика – и с тем фиктивный брак. Наверное, у него и был кто-то, он же говорил, что ему не нужна любовница. Сколько я знала того Ричарда, а почему-то было немного обидно. А что если предложить ему...?

Глупости, думать надо было о другом. Это был трудный день, и тревожный звоночек интуиции, которую с недавних пор я начала слушать, подсказывал: завтра королева и король продолжат совать нам палки в колёса.

Утром у меня не было времени думать о предполагаемых подлостях со стороны любимых родителей Элен. Ричард разбудил меня ни свет ни заря, и первым делом мы – взлохмаченные и сонные – бросились проверять уголок простыни, который перед сном обработали краской Моники. Когда мы засыпали, она идеально имитировала цвет чуть подсохшей крови, а сейчас исчезла без следа. Мы смотрим друг на друга без удивления, как будто оба хотели доказать, что так и будет.