– Увы, детство моё прошло в роскоши и неге в совсем другом месте, – улыбнулся Ричард. – Но каждое лето до моего восьмилетия мы с отцом ездили на Змеиный Пик, и он всегда рассказывал мне о своём счастливом детстве, проведённом там.

– А потом, после восьми? – осторожно спросила я, заранее зная, что взгляд мужа помрачнеет.

Как и Каро, Рич становился весьма угрожающим на вид, когда погружался в себя.

– Мы всего лишились. Даже Пика.

– Мне очень жаль. Рич, я…

Я хотела извиниться перед Ричем за отца Элен, пусть и не имела к нему отношения. Косые взгляды соратников мужа ясно дали мне понять, что не все разделяют мнение Каро, и быть может в душе Ричарда всё же жило что-то похожее на обиду – я хотела это сгладить. Но Рич мне не позволил. Нахмурившись, он поднял палец, заставляя меня затихнуть, и я послушалась, внезапно обнаружив, что за разговором мы отошли достаточно далеко от лагеря, а лес этот был опасен.

Муж потянулся к клинку на поясе, напоминающим не то длинный кинжал, не то мачете, и медленно, крадучись направился к густому кустарнику впереди. Я, не желая оставаться одна, последовала за ним, прячась за его спиной.

Приподняв ветку кончиком клинка, Рич грозно выдохнул:

– Сумрачник…

Выглянув из-за его руки, я ожидала увидеть какого-то свирепого хищника или как минимум что-то страшное и ядовитое на вид, но увидела…

– Котик?

Не просто котик, а настоящее чудо из чужого мира! Грудка его была покрыта пёрышками, а за спиной виднелись недоразвитые куцые крылышки. Чёрный, аж с синевой с головы до пят, он смотрел на нас голубыми глазёнками и беззвучно открывал рот.

– Он охрип, бедняжка, давно кричит, – расстроилась я, приседая на корточки.

– Элен!

Схватив меня за руку, Рич вернул меня себе за спину, настороженно озираясь. Взгляд его был устремлён на ветки елей.

– Это детёныш, рядом должна быть мать, – пробормотал он.

Маленькое создание, опустив ушки и хвостик, развернулось и сделало шаг в глубь зарослей, затем обернулось на нас, неуверенно переступая с лапки на лапку.

– Это дикое животное, он бы не вышел просто так к людям. Он нас ведёт куда-то!

– В ловушку, к своей мамке на обед, – нахмурился муж.

– А если нет? Надо проверить. Ты же убил дракона, неужели не победишь кошку?

Малыш жалобно пискнул, что было едва слышно из-за хрипоты в его голоске. Я проникновенно посмотрела на Рича, и он закатил глаза.

– Три метра. Если дам знак – ты тут же без вопросов убегаешь в лагерь, пока я разбираюсь с животным, понятно?

Я радостно кивнула, и мы пошли вдоль кустов, чтобы не лезть через гущу. Котёнок вылез с другой их стороны, возле небольшого оврага, в котором неподвижно лежала чёрная туша размером со среднюю собаку или рысь. Судьба её была печальной. Из горла её торчал олений рог, вокруг всё было алым – сумрачная кошка истекла кровью до смерти. Малыш подошёл к ней и забрался на спину, свернувшись клубком, после чего устремил жалобный взгляд на нас.

– Кажется, охота была неудачной, – прошептала я.

Ричард присел, рассматривая пятна крови.

– Она мертва минимум сутки.

– И малыш совсем голодный, один…

– Элен, – муж резко поднялся, глядя на меня строгим взглядом. – Мы не заберём с собой дикую лесную тварь!

Он был совершенно прав. В своём мире я всегда жертвовала на приюты для бездомных животных – на кошечек и собачек, а не на крылатых здоровенных котов. С другой стороны, он совсем нас не боялся, и взгляд у него был таким умным, а мы, в конце концов, в магическом мире.

– Рич, он погибнет тут один…

Словно понимая мои слова, малыш задрожал, зарываясь в холодную шерсть матери. Я достала муфту и подошла ближе, осторожно протягивая руку. Мокрый нос коснулся моих пальцев, и котёнок настороженно прищурился.

– Какой ты чёрненький, хорошенький, – невольно улыбнулась я. – Никс! Никс, иди сюда, кис-кис!

Ричард вымученно застонал.

– Ты уже и кличку ему дала?

– Ага, – радостно сообщила я, вставая с завёрнутым в муфту котом в руках. – Слушай, ну эти сумрачные коты не такие уж крупные, чтобы бояться даже попробовать их приручать!

– Они быстрые, яростные, умные и прожорливые, Элен, и я никогда не слышал, чтобы кому-то приходило в голову их дрессировать!

– Что ж, я люблю быть первопроходцем, – искренне улыбнулась я, и скептичный взгляд Рича вмиг изменился. Будто он не мог не улыбнуться мне в ответ, и ему правда было трудно сдержаться.

Тяжело вздохнув, муж махнул рукой.

– Хорошо. Если он вцепится тебе в лицо, сможешь заработать авторитет среди моих ребят, рассказывая, что шрамы тебе оставило лесное чудовище.

– Ты лучший! – заверила я и вдруг, привстав на цыпочки, чмокнула его в щёчку.