Мы резко обернулись. Я отерла с лица воду. Перед нами, очевидно, была мать дель Моро. Она смотрела с тем же лукавым прищуром, и черты лица были такими же выразительными и благородными.

– Я помощница магистра дель Моро, – вскочила я на ноги, – Корнуэлла дель Оуэнс.

Алан выпрямился рядом.

– Алан Никс.

– А ты, стало быть, помощник, – кивнула женщина. – Я его мать, миссис Моро. Не позаботился о гостях, паршивец. Пойдемте, вы, верно, устали с дороги.

Добрая женщина проводила нас сразу на кухню, а после накормила с маниакальной щедростью. Казалось, у нее из-за стола можно встать только, когда уже будешь способен только перекатываться.

При этом она аккуратно вызнала про наши приключения и даже немного рассказала, каким озорником дель Моро был в детстве.

Магистр довольный и даже будто помолодевший, пришел к нам только через час.

– Явился! – строго уперла руки в боки миссис Моро. – Два месяца ни слуху не духу, писульки только свои слал, негодник такой!

Она схватила магистра за ухо и вывела из кухни.

– А вы кушайте, кушайте, – ласково сказала она нам.

Мы с Аланом переглянулись и с любопытством прислушались. Дверь в этот раз прикрыли хорошо. И нам почти не было слышно, как мать отчитывает магистра. Она была явно недовольна и тем, что он бросил работу, и тем, что довел жену, и что не был с ней рядом в такое важное время. Всего мы толком и не расслышали, но, в целом, было понятно. Миссис Моро оказалась женщиной строгой и экспрессивной.

Мы с Аланом испытывали явную неловкость. Попали прямиком в семейный скандал. Хотя, не скрою, это было забавно и интересно. Миссис Моро вернулась через минут пятнадцать немного раскрасневшаяся, но вроде бы довольная. За ней зашел магистр с подозрительно красным одним ухом.

Я опустила голову и закусила губу, чтобы не рассмеяться. Очень уж комично выглядел магистр, который пытался казаться виноватым, но довольная улыбка выдавала его с головой.

Миссис Моро бросила строгий взгляд на сына и поставила перед ним тарелку, а после обратилась к нам:

– Давайте, я покажу ваши комнаты. Устали с дороги?

Больше морально, но от отдыха я бы не отказалась.

После ужина, когда жара начала спадать, дель Моро позвал нас съездить до моря.

– Море? – удивленно спросила я.

– До него километров пять, – кивнул магистр. – Сейчас впрягу лошадь в коляску.

С нами поехала и жена дель Моро.

– Меня зовут Кэтрин, – сказала женщина, с интересом нас рассматривая. – Ты целитель? – безошибочно угадала она.

Меня немного успокоило, что в глазах Кэтрин не было ревности, только легкий интерес и тихое счастье.

Магистр тоже выглядел умиротворенным и расслабленным. Сейчас стала отчетливо заметна разница с тем, каким он был во время нашего путешествия. Вся его прежняя саркастичная веселость теперь казалась несколько искусственной. Она свалилась с него, как плохо подходящая маска.

– Корнуэлла, лучше просто Элла, – представилась я.

– А ты Алан, – улыбнулась Кэтрин. – Улан немного о вас рассказал. Хорошо, что он не один. Раньше я была целителем в его команде, и нас соединяла печать.

– Ну что, поехали? – весело спросил дель Моро, подхватил жену на руки и легко посадил в коляску рядом местом возницы, а после сел сам и взял вожжи.

Алан помог устроиться мне, и мы поехали.

Неудивительно, что я не заметила море сразу. Нам пришлось обогнуть скалу, прежде чем нашему взору открылся бесконечный синий простор. Я удивленно ахнула, завороженная. В городе не был заметен этот запах водорослей и свежий, влажный ветер.

– Мы отъедем чуть подальше, – предупредил магистр. – Там за скалой женский пляж. Вы сможете искупаться.

Мне с Кэтрин оставалось только немного пройти по каменистой тропинке, свернуть за нависающую скалу и очутиться в неожиданно многолюдном месте. Женщин тут хватало, причем местных было маловато, в основном туристки.

Мы с Кэтрин разделись до белья и ступили в воду. Я с удовольствием зажмурилась, от ласкающей кожу довольно теплой водички. Вот чего не хватало в этом жарком краю – возможности искупаться после тяжелого дня. В детстве я постоянно бегала с братьями к озеру за чертой города.

Я сделала несколько сильных гребков, ощущая приятное напряжение в мышцах и легкость. Кэтрин не стала далеко заплывать. Я тоже не сильно удалилась от пляжа. Я ныряла и плескалась, пока не устала. А после перевернулась на спину и раскинула в стороны руки и ноги. Вода чуть покачивала меня, в небе кричали чайки, и немного слепило опускающееся к горизонту солнце.