С умным видом покивав, озвучила названия нужных бытовых заклинаний, которыми искренне заинтересовалась Эйприл, и какое-то время объясняла принцип их действия, и почему вообще выбрала именно их.

Собеседники по итогам моей речи были впечатлены и задумчивы…

— Поразительно, — в итоге пробормотал Ксандер. — Знаете, никогда не думал, что маг-бытовик на самом деле настолько грозен в своих умениях. Пожалуй, мне есть о чем подумать… Дамы!

Встрепенувшись и вспомнив о времени, дракон уточнил, не желаем ли мы еще десерт (мы дружно отказались), после чего отвез нас в академию, галантно расцеловал ручки и напоследок поинтересовался:

— Майви, могу ли я надеяться на скорую встречу с вами?

Вот же настырный какой!

К сожалению, пришлось признаваться, что по будням я старательно штудирую познавательную литературу о драконьей сути, а по субботам сопровождаю ректора на разные мероприятия. Услышав это, Воррбейн с легкой досадой скривился, но потом уточнил, куда мы идем завтра, почему-то обрадовался, но ничего не сказал и, попрощавшись, уехал.

Мы же с Эйприл отправились в сторону общежития, время было уже позднее и не стоило бродить по темноте без причины.

— Странный он, — хмуро заметила девушка и я повернула к ней голову, с интересом приподнимая брови. — У меня от него мурашки. Вроде улыбается, вежливый такой, а взгляд совсем другой, расчетливый.

— Лорд, — я с фырком развела руками. — Их с детства учат быть двуличными и во всем искать выгоду. А я, оказывается, резко стала выгодной невестой. Кто бы мог подумать…

— Он тебя замуж зовёт? — ахнула впечатлительная Эйприл.

— Да, — не стала скрывать, не видя в этом особой тайны. — Только зачем мне это?

— Как это? — девушка растерялась еще сильнее. — Ты не хочешь замуж?

— Ну-у… гипотетически хочу, — кивнула. — Но не за первого встречного. Я по любви хочу. Чтоб сердечко трепетало и душа пела, чтобы мысли о нем были полны нежности, а мой дракон тянулся к нему всей сутью…

Мы дружно вздохнули и я хмыкнула.

— Ксандер не вызывает у меня чувств. Никаких. Вообще. Да, он милый и обаятельный, но и только. Не вижу смысла с ним встречаться.

— Да, ты права, — кивнула Эйприл и вдруг посмотрела на меня с хитринкой. — А тебе нравится господин ректор?

— Ректор? — переспросила, потому что сердце пропустило удар и ответить вот так сразу мне было нечего. — При чем тут ректор?

— Ну, он строгий такой, — Эйприл поежилась. — Суровый. Жуткий даже. Как глянет — душа в пятки уходит, словно он заранее знает обо всех моих прегрешениях. И в то же время слышала, как девчонки фантазируют на его счет. Говорят, он не женат. Какая-то старая душевная травма. Не знаешь?

— Не слышала, — покачала головой, меньше всего желая обсуждать старую душевную травму шефа.

И уже порадовалась, что мы на подходе к общежитию и можно не отвечать на предыдущий вопрос, как нахалка Эйприл о нём напомнила:

— Но он нравится тебе?

Подумав, кивнула. Проще согласиться, чем отрицать. Тем более мне это ничего не стоит, я же не в любви ему лично признаюсь.

— Да, Вэйланд Бэсфорд — очень интересный мужчина. Зрелый, умный, ответственный. Таким невероятно легко заинтересоваться. А что? — Я тут же перевела стрелки. — Он тебе тоже нравится?

— Шутишь? — Эйприл округлила глаза. — Он же старый! Ну, в смысле… — Она смутилась. — Для чистокровного дракона он, конечно, не старый… И для тебя в самый раз. Но ему уже за двести! Он мне как прадедушка! Даже больше!

Да нет, как раз меньше… Всего лишь отец.

Иронично хмыкнув, оставила непростую тему, тем более мы уже вошли в общежитие и разошлись по своим комнатам. При этом время было уже достаточно позднее, чтобы я умылась и сразу легла спать, однако, сразу уснуть не получилось и какое-то время я еще гоняла в голове прошедший день и всё, что узнала.

Да уж, покой мне только снится. Ну и чем мне теперь грозит подобная известность в узких военных кругах? Армией поклонников и легионом женихов? Нахер-нахер! Никогда о таком не мечтала и не хочу.

И всё же… Интересно. Почему Вэйланд ни слова не сказал о том, что помогал меня лечить? Или это не укладывалось в воспитательный момент? Или… Поскромничал? Странный он, конечно. Где-то грубый, где-то даже жестокий.

Но глубоко в душе всё равно пушистое облачко.