Сердце всё ещё бешено колотилось, но любопытство пересилило страх. Я решительно зашагала прочь, оставляя жуткую находку на суд остывшего разума – стоило отвлечься и не рубить сгоряча. Разобраться с рассадником гусениц можно в любой момент. Но перед этим стоило понять, зачем Хильда их… разводила?

Первой конечной целью, к которой привела одна из нитей, оказалась Клара.

Кикимора как раз возилась на первом этаже башни, с каким-то предвкушением отлавливая мокриц, и скидывала их в висящую на тучной руке корзинку. Добыча то и дело пытались выбраться, но Кира метким щелчком лягушачьих пальцев отправляла беглянок обратно. Лишь моё появление заставило кикимору отвлечься от своего занятия. Она тут же поклонилась и уточнила, не желаю я принять ванну.

После пережитого, решение согласиться на гадкие процедуры далось легче обычного. Тем более это помогло услать служанку и продолжить своё исследование.

Следующими, к кому тянулись нити от гнезда гусениц, оказались скелеты-охранники. При ближайшем рассмотрении именно этих существ, я вдруг заметила, что ленты не просто крепились к их телу. Они убегали к их затылкам, где сияние странной связующей магии было особенно ярко. Словно там, скрутившись в маленький клубочек, кто-то спал….

А когда передо мной показался Гнус, который так же был отмечен проклятой лентой, до меня вдруг дошло. Да они же, как марионетки!

Хильда оказалась куда более осмотрительной в выборе слуг. Она не верила словам, не верила поступкам –преданность, как и страх стали для неё ненадежными спутниками – потому что Хильда лучше других умела ткать паутину изо лжи. Поэтому Злая Королева полностью доверяла только магии.

Опоить, проклясть или связать заклинанием – вот её стезя. Мысль ударила, словно молния: Хильда не просто так окружила себя исключительно нечеловеческими слугами. Нет, она не доверяла им больше, чем людям, она вселила в них преданность с помощью магии, тем самым отрезая для нечисти и нежити любую возможность для предательства их госпожи.

Вот только если Злая Королева настолько перестраховалась, возникал куда более интересный вопрос….

Почему зеркало об это ничего не сказало? Хотело лишний раз запугать меня? Страх оказаться разоблаченной кого угодно будет держать в удобных для знающего тисках.

Или же, быть может, он сам не в курсе того, что творится в башне на самом деле? Мне ведь до сих пор неизвестно на что способен призрак из зеркала и кем он являлся при жизни. Чего не скажешь о Хильде. Такая перестраховщица точно знала, кто у неё в подчинении. Иначе Злая Королева не стала бы держать зеркало и свой гриммуар в разных комнатах.

Вопросы накатывали, как бурные волны, – но тут так некстати явился призрак, и все мысли разлетелись, словно брызги.

Я скорее почувствовала, чем увидела его приближение. Будто зная, где он бесшумно выплывет, взгляд сам собой устремился в стену. Из-за чего стоило призраку и, правда, появиться там, как он едва заметно вздрогнул, явно не ожидая, что ему не удастся застать меня врасплох.

Правда, уже миг спустя, на его лице расползлась тёплая улыбка, и он кивнул в сторону покоев, намекая, что нам пора поговорить. Окутанное магией зрение успело вернуться в норму, потому меня внизу больше ничего не держало.

– Как всё прошло? – первым делом спросило зеркало, едва мы оказались у его темницы.

– Сносно, – ответила я как можно спокойнее. Не стоило выдавать своих настоящих эмоций. Всё же вдруг мой “союзник” не в курсе природы совсем не милых помощниц Хильды. – Как ты и советовал, я больше слушала, чем говорила. А вопросы задавала осторожно. Благодаря этому удалось выяснить, что королевству грозят неурожаи из-за засухи, а в одной из деревень начала распространяться болезнь.

– Хорошо, – безжалостно выдало зеркало, чем укрепило меня в подозрениях на его счёт. Ведь это мне положено относиться к местным, как к буквам на бумаге. Для призрака все они должны быть живыми людьми. – Теперь надо сделать так, чтобы жители стали винить во всём этом тебя.

– Уже сделала. Даже магию использовать не потребуется, – ответила я и чтобы мои ответы не выглядели подозрительно сухо, с ухмылкой добавила: – Видел бы ты, какой благодатной почвой стала ненависть к Хильде. Одно “случайно” оброненное слово любимой принцессой…., то есть королевой Анникой, и уже через час весь дворец гудел о том, что это проделки злой мачехи их правительницы. Ни у кого даже сомнения в этом не возникло.

– Славно, – похвалил меня подозрительный помощник. После чего принялся рассуждать: – И ману сэкономили, и теперь, как только появятся первые жертвы, твои запасы отрицательной кармы начнут пополняться. В прошлый раз Хильде пришлось усугублять королевские невзгоды заклятьями. Лишь после этого народ стал обвинять её. Мы же просто будем пользоваться несчастьями, коих автор и без Злой Королевы щедро расписывал людям Итэлла. Главное при каждой прогулке во дворец не забывай подбрасывать дров в этот очаг ненависти.

Видя такое безразличие к чужим страданиям, я резче нужного бросила в ответ: